Пока я рассказывала, Марья кивала, точно болванчик. Видимо, мой уверенный тон все же подействовал — лицо ее просветлело.
— Говори, что делать, касаточка. А я слушаться буду.
Я отвела Марью на кухню: там по-прежнему было теплее всего. Под ее причитания — как бы дитятко не надорвалось — раздвинула два рабочих стола так, чтобы между ними образовалась щель. Помогла няньке раздеться до пояса.
— А теперь залезай на стол и ложись так, чтобы рука вот здесь висела, — велела я.
— Да как же я на стол лягу! На столе же только покойнику лежать можно! Али ты меня уже хоронить собралась!
Да что ты будешь делать!"
"— Это же рабочий стол, с него не едят, — нашлась я.
— Где это видано, чтобы гроб с покойником на рабочий стол в кухне ставили?
— А по-другому никак?
По-другому, может, и «как» — открой любой справочник и найдешь больше десятка способов вправления вывиха плеча. Да только этот, вековой давности, считался самым щадящим. И без того обезболить нечем.
— Никак, — отрезала я. — И вообще, покойника на спину кладут, а ты на боку будешь лежать.
Залезай.
Кряхтя и охая, нянька взгромоздилась на стол. Я помогла ей лечь как надо, пристроив под голову заранее прихваченную подушку. Укрыла одеялом, по ее указке достав из сундука, на котором Марья обычно спала. Пробежавшись по спальням, собрала подушки и обложила ее со всех сторон, чтобы не заваливалась ни вперед, ни назад.
— Лежи так пока, — приказала я. — Долго, полчаса. Не ерзай. Можешь подремать, если получится, можешь песни попеть.
А я пока сбегаю ткань на бинты нарежу. Лучше бы лангету гипсовую, конечно, да где тот гипс взять…
Я мысленно одернула себя. Взяла моду — вслух рассуждать. Тем более что действительно можно повязкой обойтись. Но с лангетой, хотя бы на недельку, мне было бы спокойнее: Марья — женщина деятельная, начнет повязка мешать, косыночную снимет не задумываясь. Доиграется до привычного вывиха.
— Гипс — это такой порошок, белый, на мел похож? — спросила вдруг Марья. — Его еще под яблони сыплют?
8.
2
— Насчет яблонь не знаю, — озадачилась я. — Вроде из него штукатурку делают и статуи лепят.
— Да, точно, статуи, барин так и говорил, дескать, возвышенная барыня бы какие статуи лепила или там головки, на худой конец, а его супруга этим гипсом картошку обваливает да вокруг яблонь разбрасывает.
— Картошку? — не поняла я.
— В каком-то журнале она вычитала, мол, от парши помогает. Картошку водой спрыснуть да в этом самом гипсе обвалять.
