Хозяйка замка Эдвенч

Я же не ребенок!

Графиня Гернерская между тем продолжала:

– Лорд Бертран Стортон и капитан охраны Дункан из Дарема предстанут перед судом графства и ответят за свои злодеяния. Земли лорда Стортона, дарованные ему в майоратное владение волей графа Гернерского, я объявляю выморочным имуществом. Судьба земель решиться после суда. Такова воля графа Джирона Гернерского, владыки графства.

Я знала, что такое выморочное имущество. Это недвижимость, которая достаётся государству. Она достаётся государству или, как в данном случае, графству тогда, когда владелец мертв! Если я все поняла правильно, то, не обращая внимания ни на какой суд, сейчас графиня объявила лорда Стортона покойником!

Я растерянно посмотрела на барона.

Он был мрачен, но выслушав графиню, только кивнул головой – он был согласен. Да и никто в зале, похоже, не собирался возражать. Это значило, что и Дункана, и Стортона казнят.

Возможно, это было правильно: они оба покушались на жизнь другого человека. Но все же…

Думать об этом было крайне тяжело.

"

"Лорда Стортона вывели из зала под охраной, вместе с капитаном Дунканом. Продолжать завтрак никто не стал…

На следующее утро был назначен отъезд гостей, а пока, раздав указания, я растерянно сидела в своей комнате, совершенно не понимая, что и как нужно делать дальше. Я прожила в этом мире всего полтора года, но за это время произошло столько разных событий…

Погибла Барб, так и осталась для меня загадкой травница Мажина, даже лорд Стортон, которому я искренне симпатизировала, оказался редким мерзавцем.

Может быть, этот мир просто не принимает меня?!

Я отправила Дебби с каким-то мелким поручением, уткнулась лицом в подушку и тихо плакала, совершенно не понимая, как жить дальше…

– Элиз…

Я подскочила на кровати, судорожно поправляя смятое платье и одновременно стараясь вытереть лицо и распухший нос. За своим мыслями я даже не услышала, как в комнату вошел лорд Хоггер.

Непонятно. Раньше он никогда не проходил внутрь. Или посылал лакея, или разговаривал со мной через открытые двери, находясь за порогом комнаты.

Сейчас же лорд стоял, привалившись спиной к двери, и смотрел на меня с жалостью.

– Полно, Элиз… Он не стоит ваших слез.

Я первый раз подумала о том, что Генри, пожалуй, пришлось гораздо тяжелее, чем мне. Это для меня Берт Стортон был симпатичным и приятным соседом. Для барона же – другом, которому он доверял безоговорочно, с которым служил бок о бок много лет, для которого многое сделал.