Не знаю даже, отстираются, очистятся ли?..
Торгаши не трепещут перед богатыми людьми, которых отличает от крестьян богатая одежда. Но я одета по-простому. Специально, чтобы не привлечь лишнего внимания.
Дерзко глядит малой торгаш и кричит звонко, когда мимо прохожу:
— Прекрасная госпожичка! Отведай-ка сала нашинского! На вкус оно такое, что свой язык проглотишь!
Улыбаюсь, но отрицательно качаю головой.
А вот купец поддаётся на уговоры пацана и пробует угощение.
А уж если ты отведал, так чего пальцы облизываешь? Бери целый шмат, звонкую монету плати и топай дальше!
Тянут меня то за рукав, то за подол платья, чтобы подошла к лотку, где огромный мужик черпает тёмное и густое пиво и разливает по деревянным плошкам.
И лишь моя охрана отгоняет особо ретивых и наглых. Ей-ей, как цыгане, фиг отделаешься, настолько приставучие!
А дальше в нос вдруг ударяет такой запах, что предыдущая вонь ярмарки мне французскими духами кажется.
Даже глаза режет и те мгновенно слезятся.
Закрываю нос рукавом, жмурюсь и спрашиваю у Керуша:
— Это что такое там творится, что так смердит?!
— Так в Расторге же выход в море, госпожа. Привозят много рабов на продажу. Тут невольничий рынок устроен, где можно выбрать сильного раба или красивую рабыню.
Рабство?!
Я даже с шага сбиваюсь и изумлённо гляжу на Керуша, но тут же беру себя в руки, так как в памяти Изабель всплывает нужная информация.
Да, да… рабство здесь в ходу…
Делаю серьёзное лицо и говорю:
— Никогда не была на невольничьем рынке.
И это чистая правда. Изабель никогда в таких местах не бывала.
— Желаете посмотреть рабов? — интересуется он.
Вздыхаю и заявляю категорично:
— Нет, Керуш. Мы по другим делам в Расторг приехали.
Поворачиваем в другой торговый ряд.
И я снова могу более-менее дышать и не задыхаться.
Глава 17
* * *Изабель Ретель-Бор
Скажу вам честно, день проходит почти бестолково. Я так ничего и не нахожу, что мне нужно. Точнее, я вижу и скот, и птицу, и зерно, и многое другое, но я ни шиша в этом не разбираюсь!
Понимаю, что необходимо довериться старостам и их жёнам. Как оказалось, они по ярмарке бездумно не бродили, следуя за мной хвостиком.
