Выглядели они массивно на низенькой печи и подходить к ним я опасалась.
Комендант для этого дела приставил пару толковых солдат из бывалых вояк, которые были освобождены на время от разъездов и рейдов. Они же самостоятельно обеспечивали себя топливом для работы. Запасы золы постепенно скудели и к осени были все истрачены.
Михаил Парамонович начал изготавливать новые мази на основе глицерина. Растворял в нём йодный камень и бром. Варил сиропы и делал какие-то настойки. Занимал полностью весь стол своими склянками пока я хозяйничала на огороде и прибирался только поздно вечером при моём возвращении.
При этом вид имел довольный и даже немного придурковатый. Постоянно делал записи, описывая свою работу и эксперименты.
- Это настоящий прорыв, Марья, - выдавал возбужденно. - Ты даже себе представить этого не можешь. Я уже отписался своему студенческому другу в Санкт-Петербург и отправил немного глицерина, чтобы в академии могли оценить его качество. У меня, к сожалению, нет нужного оборудования и всех необходимых реактивов, - добавил с досадой.
- А можно заказать разные масла для мыла? - решила выяснить возможности лекаря.
- Кое-какие масла у меня есть в запасах, так что можешь глянуть, - расщедрился Михаил Парамонович и выставил передо мной ящичек с небольшими флакончиками.
Потирая ручки, погрузилась в изучения этих богатств. Отобрала для себя несколько масел из самых ароматных и прибрала с разрешения хозяина в сторону для уже своих экспериментов с мылом. Правда времени пока на это у меня совсем не было.
«Хорошо бы ещё получить поташ, чтобы мыло не было таким тёмным», - промелькнула мысль быстро, но пометку себе поставила.
Сразу как только хорошо потеплело, вечерами стали собираться за столом на летней кухне и подводить итоги проделанной работе. Особо расслабляться времени не было, но добрая беседа помогала мысли привести в порядок и накидать план действий на ближайшее время. Мужчины этим пользовались. Отношения среди командного состава и части обеспечения сложились дружеские.
При длительной совместной службе и житье это вполне закономерно.
- Весь старый жир извели, - с облегчением выдохнул Аким Шило. - Теперь все излишки будем сразу пускать на мыло.
- Ты только бочки из под него никуда не девай, - предупредил Борис Прокопьевич. - Мы их прожарим и новые запасы сделаем.
- Зимой мастерские ставить начнут, - довольно заявил кладовщик. - Стекольщика правда нет, но его ученик имеется. Набьёт постепенно руку и будет у нас свой мастер.
