Но я пообещала, что чужаки еще будут здесь, когда они проснуться, но только если они будут себя хорошо вести. Дети сразу успокоились и через минуту сладко сопели. Еще бы, столько событий за один день — и настоящий дождь, который им разрешили посмотреть, и необычные гости.
Приятелям хозяйка приготовила место за одной шкурой, и Лари, позевывая, сразу ушел устраиваться, перед этим поблагодарив хозяйку. Эль же остался со мной: просто сидел рядом, на краю лежанки, поправлял одеяло, тихо рассказывал что-то утешающее.
Я уснула снова в коконе его заботы, а когда утром открыла глаза, он всё так же сидел рядом и смотрел на меня. Похудевший, осунувшийся. Все черты лица неуловимо заострились, из взгляда исчезли юношеские смешинки. Он повзрослел.
— Здравствуй, Хранимая, — едва слышно произнес Эль.
— Доброе утро, Эль. Я рада тебя видеть, — я улыбнулась, чувствуя, что теперь всё будет хорошо. Мне хотелось в это верить.
— И я рад.
Мы помолчали. В воздухе витал приятный аромат весеннего сада, где-то неуловимо шуршало.
— Ты изменился, — я вглядывалась в знакомые черты, и было грустно, что моему веселому брату пришлось так скоро повзрослеть.
— Знаю. Ты тоже, Хранимая. Прости, не уследил, — Хранитель покаянно вздохнул и печально понурил голову."
"— Ерунда, Эль. Главное, мы оба живы. Ты рядом, и я теперь в полном порядке. Ты сам как? Сильно пострадал? — я села рядом с Элем и обняла его за талию. Тот улыбнулся.
— Ерунда, как ты сама говоришь.
Круг отрезал от потоков магии, и всё то время я был без подпитки. Не знаю, как сил на перенос набралось. Но теперь, рядом с тобой, я быстро стану прежним. Дней через семь-десять смогу перенести нас троих в любое место.
— Нет, Эль, прежним ты уже не будешь. Ты теперь сильнее, — я прямо и уверенно смотрела на своего Хранителя, а тот удивленно поднял брови.
— Хранимая?
— Просто Рита, Эль, сколько можно повторять, — улыбнулась я брату.
Тут раздался грохот и невнятная брань хозяйки.
Она себе никогда такого не позволяла! Я с любопытством выглянула из своего угла.
За ночь дом преобразился. Между костром и входом расширилось пространство, словно появилась еще одна комната. И мы все теперь спали в дальней части, а в «прихожей» выросло невысокое, но пышное деревце. Оно цвело и плодоносило одновременно. Лари поставил под ним скамеечку и с комфортом мечтательно разглядывал зеленую крону.
