– Мама. – Райнер широко улыбнулся, отчего на его щеке появилась ямочка. Прямо как у Рэндалла.
Позади него захрустел снег.
– Кто ты такой? – В голосе звучало волнение вперемешку с угрозой. – Отойди от моего сына!
Рэндалл несколько раз глубоко вдохнул и, скинув капюшон, медленно поднялся на ноги. Райнер обошел его и побежал на звук голоса. Рэндалл обернулся и замер.
В этот миг все его внутренние барьеры рухнули.
Перед ним стояла Аврора. Она стала еще краше с момента их расставания. Черные волосы цвета воронова крыла были убраны в низкую прическу, а передние локоны обрамляли белоснежное лицо с легким румянцем на щеках.
Взгляд ярко-синих глаз пронзил его сердце. Она всхлипнула и зажала рот руками. По ее щекам потекли слезы.
– Аврора… – наконец выдавил он из себя.
Ее ноги подкосились, и Рэндалл мигом подлетел к ней, обхватив за талию.
– Аврора, – выдохнул он до боли родное имя, крепко прижимая к себе.
– Это ты… – Она наконец отняла руки от лица. – Неужели это правда ты?
Аврора тряслась в беззвучном плаче.
Рэндалл и сам не замечал, как по его щекам текут слезы, а губы безнадежно дрожат. Райнер вцепился в подол платья матери, но Рэндалл не мог оторвать взгляда от жены.
– Я вернулся, – прошептал он. – Я вернулся к тебе, Аврора.
Когда она коснулась холодными пальцами его лица, Рэндалл всхлипнул. Эти прикосновения не шли ни в какое сравнение с его снами. Аврора была настоящей, реальной. Такой мягкой, теплой, нежной. Такой его. Словно не было тех двух с половиной лет.
Он был дома.
Она была его домом.
– Рэй… – Аврора провела пальцами по его губам, и он застонал от боли, облегчения, любви и раздирающей сердце тоски. – Умоляю, скажи, что это не сон. Скажи, что я не проснусь, как во все прошлые разы.
В отличие от Рэндалла, она не сдерживалась и плакала, как маленькая девочка. Его девочка.
– Ты тоже видела сны?
Она кивнула и громко всхлипнула.
– Я так ждала тебя, Рэй…"
"– Аврора, душа моя. – Рэндалл пригнулся и поцеловал ее в губы. Она тут же обмякла и обхватила его шею в жадном объятии, словно боялась, что он снова исчезнет.
Все внутри Рэндалла ликовало, кричало от счастья вперемешку с болью. Ее губы были солеными от слез, но для него не было ничего слаще них. Он накрыл ладонью ее затылок и крепче прижал к себе, углубляя поцелуй, вкушая жар и сладость ее губ. Аврора льнула к нему всем телом, зарывалась пальцами в его волосы, покусывала губы, словно напоминая ему, что он любил это делать сам. Для Рэндалла перестал существовать весь остальной мир.
