— Награда за тебя обещана… охота за тобой идет… А оказывается, в нашей пестрой компании был один-единственный беглый преступник — я…
Рифмоплет поднял на собеседников взгляд, полный страдания. Похоже, парень толком и не понял, что ему сейчас сказали.
— Он, главное, своей работой гордится… — подрагивающим голосом пожаловался юноша. — У нас, мол, четыре поколения в палачах. Мужское занятие, не для неженок… А меня мальчишки дразнили, стоило в городе показаться. Мы тогда в Замке Темного Ветра жили, так я за ворота и не совался, а то прицепятся толпой, начнут травить, как зайца… До сих пор в городе как чужой, хуже деревенщины.
А он говорит: платят хорошо… без работы не останешься…
— А, так ты потому замок так хорошо знаешь! — рассмеялся Ралидж.
— Ну да, я ж там родился, — чуть оживился поэт. — Нет лазутчика лучше, чем ребенок… Подрос — еду заключенным разносить помогал… А потом отец хворать начал. Лекарь сказал — места здесь для его здоровья неподходящие.
Так мы год назад в Фатимир перебрались… — Рифмоплет вновь потупился, потер лоб. — Ох, Ингила меня теперь и на глаза не пустит!
— Ингила? — удивился король. — А она-то откуда узнает?
Рифмоплет перевел расширившиеся глаза с Тореола на Ралиджа.
— Не скажем, — подтвердил тот, догладывая гусиную ножку. — Ладно, пошли, только расплатимся с хозяином.
— Кривой уже заплатил… — замирающим от надежды голосом сказал поэт. — Правда, не скажете?..
— Мы же понимаем! — хмыкнул король.
— А то она тебя насмерть закусает. С характером девчонка. Знаешь, что она посмела сказать Джангилару? Что из него вышел бы хороший циркач… это про его прыжок. А я ей в память о совместном странствии подарил ожерелье. Так она поблагодарила, а потом и говорит: «Только пусть мой государь не гневается — я не стану хранить его подарок как святыню. Раскатаю по бусинке по всем постоялым дворам и трактирам — отсюда и до… ну, насколько хватит!»
Тут Орел прикусил губу, отвернулся, сдерживая смех.
Не стал пересказывать, чем закончился тот разговор."
"Он тогда тихонько спросил черноглазую проказницу: «Ну-ка, присмотрись повнимательнее: у меня и сейчас уши вразлет?» А маленькая нахалка соболезнующе шепнула в ответ: «Не переживай, государь, под короной не так заметно…»
Вот так-то! Лишь потеряв все, что у него было, и оказавшись бродягой на большой дороге, сумел Тореол узнать кусочек правды о самом себе.
