Красивое платье девочки было всё перемазано зелёной рвотой; слизь сочилась из глаз, из ушей, из носа; она дышала едва-едва, слабо и прерывисто; судя по всему, ей оставалось ещё от силы несколько минут.
Понятно, отчего ххоры пируют…
– Ищи ещё, – скомандовал Тёмный. – Они мне понадобятся… все.
Фесс послушно двинулся вверх по лестнице. Наверху нашлись старик и старуха, мёртвые – тел Неясыть касаться не стал, – и молодая женщина, высокая, полногрудая и светловолосая. Она тоже ещё дышала.
– Неси её сюда! – донёсся приказ Даэнура.
Фесс осторожно поднял тело. Оно казалось каким-то странно мягким, словно не имело костей; голова неестественно запрокинулась, изо рта поползла по щеке зеленоватая струйка.
Неясыть судорожно сглотнул. Женщина уже не имела сил кричать, она почти умерла – но отчего-то задержалась на самой грани бытия, испытывая при этом все муки, как если бы оставалась в полном сознании. Аура ее замутилась, черви-могильщики призрачного мира, пожиратели того, что остаётся в теле от души после того, как сама душа покинет плоть, уже тянулись к несчастной из всех углов сумрака.
«И что, эта гадость – тоже Тьма? – ужаснулся Фесс. – А ну, брысь отсюда!»
Ненависть удвоила его силы. Из глаз вырвалась молния, лопнула, поражая копошащуюся слизистую нечисть. Круг Отражения предостерегающе затрещал – обрушившаяся на него отдача была опасно велика.
– Прекрати! – взревел там, внизу, Тёмный. – Ты нужен мне здесь!
Осторожно ступая, Неясыть вернулся в большую комнату. Мужчина, уже освобождённый от одежды, лежал на столе.
Даэнур склонился над ним с устрашающего вида кривым ножом в когтистой лапе.
– Положи женщину рядом с детьми, – скомандовал Тёмный. – Иди сюда и смотри как следует!
Чувствуя, что покрывается потом, Фесс повиновался. За его спиной раздалось слабое «мама…» – похоже, девочка даже на грани смерти чувствовала рядом мать.
Тёмный резко опустил клинок, словно разя врага на поле брани.
Тело несчастного пекаря раскрылось, точно книга. Фесс ожидал крови, ещё чего-то подобного – вместо этого на пол хлынула зелёная слизь.
А среди этой слизи… видимая, конечно, лишь магическим зрением… Чёрная тень, что-то вроде зубастой многоножки, метнулась куда-то вбок. Тёмный от неожиданности отшатнулся, однако Неясыть не подкачал. Сухой треск, мелькание голубых искр – тварь зависла на самой границе двух миров, отчаянно извиваясь в сотворённой Фессом призрачной ловушке.
– М-молодец… – ошарашенно проговорил Тёмный.
