Нет, тут просто были закрыты все ставни и наглухо заперта дверь. В отдалении, как раз в том переулке, откуда появилась Атлика, Фесс увидел лежащее на брусчатке тело. Сердце замерло и отчего-то оборвалось вниз, хотя никаких причин к этому, конечно же, не было – мало ли какой бедняга нашёл здесь свой конец?
Очевидно, в эту более бедную часть города маги и целители Академии добраться ещё не успели. Однако не прошло и пары минут, как Неясыть услышал негромкое скорбное пение – шесть или семь голосов тянули заупокойный распев.
Из-за угла появилась небольшая процессия – люди шли с носилками, факелами и длинными крюками. Следом двигалась тяжёлая подвода – насколько Фесс мог понять, она доверху была заполнена телами.
Процессия остановилась возле неподвижно лежащего тела, священник в длинной коричневой рясе нагнулся над несчастным, что-то забормотав. Люди подхватили молитву. Двое поставили на землю носилки, приготовившись крюками перевалить на них мёртвое тело.
– Стойте! – внезапно выкрикнул Фесс.
– Остановитесь или вы погибнете!
С необычайной ясностью он увидел сейчас притаившееся в покойнике существо – изрядно лишившееся сил, но всё ещё грозное, сытое и потому – смертельно опасное. Если бы процессия подошла несколько позже… ну, скажем, на рассвете, тварь уже не способна была бы атаковать, впав в голодное оцепенение. Но сейчас она ещё слишком хотела жить.
Люди замерли, изумлённо глядя на дерзкого. Чёрный плащ Фесса сам по себе смог бы ввести их в заблуждение – очень многие носили этот цвет сейчас, в дни траура, – но на запястье молодого волшебника, как назло, предательски сверкнул его безымянный браслет, и люди испуганно шарахнулись.
Остался стоять только священник, хотя и он побледнел – это было заметно даже при свете факелов.
– Что тебе здесь нужно, исчадие Тьмы?! – Голос священника дрожал, однако держался он в общем мужественно. – Твой час ещё не пришёл! Мы предадим сего несчастного земле по освящённому Спасителем обычаю, и, коли вышло, что его бренная плоть оказалась отдана смерти, то уж до души его вам никогда не дотянуться!
Сказано было неплохо, искренне и с достоинством.
Фессу очень захотелось ответить, во что уже давно превратилась душа этого неведомого бедолаги, однако он смолчал. У него на это просто не оказалось времени, потому что в этот миг тварь зашевелилась. Разумеется, никто, кроме Фесса, этого не видел.
Не было времени плести сложное заклятие, брать это создание в плен и подвергать пыткам.
