– Слышала почтенного мэтр-ра? Обед сюда и пива, и чтобы самое лучшее!
…Еда и в самом деле помогла. Вскоре Фесс уже смог достаточно уверенно ходить.
– Там, эта, депутация до вас, милорд мэтр, – высунувшись на мгновение в сени, доложил Сугутор. – И голова местный с ними. Видеть хотят.
– Ну пусть входят, – кивнул Фесс, для внушительности беря в руки посох.
Депутация – шесть кряжистых, как один похожих на самого голову мужиков – вошла осторожно, ломая шапки и теснясь возле стенки.
– Что вам, люди добрые? – спросил Фесс.
– Дело своё я сделал. Вас никто больше не потревожит. Правда, по ходу возникли всякие препоны, из-за чего огонь-то и вспыхнул, но теперь уже всё в порядке. Погост ваш упокоен навеки.
– Погост наш… – сдавленным голосом проговорил голова. – О погосте-то мы и пришли порадеть, ваша волшебническая милость… там ведь головёшек и тех не осталось, камни оплавились… косточки родных наших, что там лежали, все небось тоже погорели, так что нам теперь и родителей с дедами помянуть негде честным порядком…
Фесс развёл руками.
– Ну что ж поделаешь. Впрочем, могильные камни-то восстановить можно. Записи-то в храме остались небось?
– Да что ж камни над пустыми ямами восстанавливать? – упрямо возразил голова. – Не-ет, ваша милость, так не пойдёт.
– Погоди, любезный, а что ж ты от меня, собственно, хочешь? – опешил Фесс.
– А выкупа хочу, – дерзко ответил голова. – Пожёг ты, твоё волшебничество, косточки дедов-прадедов наших – плати, стало быть. Пеню плати, как за убитых, стало быть, поскольку ты их в самом деле второй смертью убил.
А уж что и как восстанавливать – это мы сами решим, без твоей милости обойдёмся.
От подобной наглости Неясыть просто остолбенел. Ему казалось, что благодарные селяне должны низко ему кланяться, благодарить за избавление, смотреть с благоговейным испугом… а они пришли требовать мзды!
– Опять же пусть ваша милость не думает, деньги нам не на пропой нужны, а тем же отцам-инквизиторам сунуть, чтобы приехать согласились и проклятие бы сняли, – внушительным голосом продолжал голова.
– Ты… вы, ваша милость, милорд мэтр, уедете сегодня, а нам-то тут жить! Ни дитяти имя не наречь, ни отпеть, ни повенчать…
Закончить голове не дал побелевший от ярости Прадд.
– Ах ты, сивая бор-рода! Да я тебе за наглость твою сейчас её всю по волоскам повыдергаю!..
– Сядь, Прадд! – резко приказал Неясыть. – Почтенный староста, а что, если я откажусь платить?
Голова ухмыльнулся.
– Тогда мы, значить, сами у тебя в карманах пошарим, твоя милость.
