Хранительница души

Ладони накрыли ее щеки, пальцы скользнули в шелковые волосы, а губы прижались теснее. Чтобы согреть, чтобы вернуть. В мыслях взорвалась буря, когда губы Александры приоткрылись под ее тихий стон. Очнулась? И сразу пришел страх. Она ли это?

Неимоверных усилий стоило оторваться от нее. Нависнув сверху, он всматривался в прекрасное лицо. Ресницы затрепетали, а глаза распахнулись. Синие, глубокие. Ее глаза.

– Дайрос? – нахмурилась она. – Мне показалось… – коснулась своих губ кончиками пальцев.

– Что? – на выдохе произнес он.

Что лучше, если она узнает или наоборот останется в неведении о его слабости? Кажется, что оба варианта ошибочны. Он ведь обещал себе не мешать счастью лучшего друга, а что делает сейчас?

– Что произошло? – она отвела взгляд, поморщившись, словно от боли.

– Ты не помнишь?

Все еще ощущался вкус украденного поцелуя, но теперь к нему примешивался привкус горечи.

– Я… – она громко вздохнула. – Тетя, как она?

– Все живы, благодаря тебе.

– Мне? – она горько усмехнулась.

– Эй, – Дайрос вновь коснулся ладонью ее щеки. Лекс, наконец взглянула на него, удивленно и чуть смущенно. – Ты очнулась, удержала контроль. А Безликий… Мы найдем решение.

– Найдем, – повторила она.

Кивнула и улыбнулась на этот раз тепло и благодарно. Взгляд ее на мгновение скользнул к его губам, после чего она вновь отвернулась.

Глава 28

/Хранительница/

В гостиной послышались голоса, и Дайрос отстранился, поднялся с кровати.

Я помнила все. И как отозвалась на голос Безликого, и как согласилась ослабить контроль, пустить его в обмен на помощь. Произошло то, что представлялось мне в видении. Синее пламя выжгло жизнь: из призванного духа, деревьев, из самой земли. На этом силы покинули. Для меня прошли долгие дни в том древнем городе прошлого в окружении синего пламени и криков умирающих.

Я металась, пыталась найти выход из видения-сна, в какой-то момент услышала голос Лалиэн и потянулась за ним. А потом ощутила… поцелуй. Я очнулась в своей спальне, а рядом находился Дайрос. Он был другим, искренним, открытым, а глаза искрились живыми чувствами.

Взгляд вновь скользнул к нему. Мне же показалось? И он не целовал меня? Не могло не показаться. Потому что в ином случае правда ужасна.