Ехавшие в авангарде Сокол, Альдо и Антонио с уважением рассматривали громадную кучу камней, засыпавшую их дорогу к чертям собачьим. Лизавета сдвинула капюшон и взглянула наверх по склону — ну да, вся эта радость взялась откуда-то оттуда, и совсем недавно. Результаты подобных обвалов ей случалось наблюдать на берегах Байкала, на старой железной дороге, но там обычно или можно было как-то обойти, или уже расчищали для того, чтобы мог пройти поезд. Здесь же не было ни поездов, ни владельцев этой дороги, а кучки разбойников, с магами или без, таковыми себя не считали.
Да хоть бы тролль какой-нибудь здесь жил, который разбирал бы всё это безобразие, а мы бы ему заплатили за проход, думала она.
Руджеро попробовал что-то сделать, то есть — разогнать камни с тропы. Спустить их ниже по склону. И принялся бесконтактным образом выуживать с краю большой, присыпанный мелочью валун. Лизавета поняла, что именно произойдёт, секундой раньше того, как сверху посыпалась новая порция камней и щебня, да так, что пришлось резво отступать обратно по тропе, пока никому не прилетело по голове.
Ну да, оно тут как-то лежало, а его потревожили.
Сокол спрыгнул на землю, следом за ним то же самое сделали Лис и брат Василио. Они подошли к завалу, постояли там, потом Сокол извлёк какую-то круглую штуку, и они некоторое время внимательно смотрели — что показывает штука. Мальчишки и Тилечка тоже сбились в кучку и шептались, брат Джанфранко что-то бурчал под нос, что слышали только трое служек, а Крыска, казалось, дремлет в седле, хоть и такая же мокрая, как и все остальные.
Потом Сокол позвал мальчишек, что-то им объяснил, и Джованни с Руджеро отправились куда-то назад по дороге. Джованни вернулся где-то через четверть часа, и сообщил, что да, есть отворот с тропы направо, не очень заметный, но наезженный, следы там смыты не все.
Джованни вернулся ещё попозже, со словами, что тропа дальше расширяется и становится похожа на нормальную дорогу.
Туда и отправились.
Сокол по-прежнему ехал первым, за ним Джованни и Руджеро. Последним — брат Василио, а перед ним Антонио и Серафино. Остальные — один за одним между ними. Так даже и поговорить-то толком не получалось, хоть бы и с Тилечкой. Или с кем-нибудь, кто мог рассказать про эти горы.
Так и ехали до сумерек. И после того, как стемнело — тоже. Наверное, нужно было добраться до какого-то конкретного места, как вчера, чтобы не ночевать под дождём на улице.
