— Девочек трогать нельзя. Особенно — девочек, которые маги на службе любого из Орденов, — укоризненно сказал он и остановил твари сердце.
Может, и не твари. Но девочек трогать всё равно нельзя.
Так, теперь дверь.
— Смотрите, господа. И дамы. Перед нами запечатанная дверь. Что видим, что можем сделать?
— Вынести, — сказал Руджеро. — Что-то тут не видно ничего особенного.
— Вперёд. Задача — перед нами преграда, за ней, очевидно, враг, и возможно — пленник. Преграду убрать, врага не спугнуть раньше времени, потому что пленник нам дорог.
Ясно?
Закивали, что уж тут неясного. И неплохо оттянулись на этой двери, молодцы. Все шестеро, местами девочка бьёт ничуть не хуже мальчиков.
Фалько сосредоточился, дождался, пока центр двери достаточно расплавится и потёчёт, и шагнул в образовавшийся проём. Обернулся.
— Стеречь пленников, караулить подступы, чтобы ни одна живая душа мне не помешала. И дверь совсем уберите.
И потом уже можно было идти внутрь.
Чернота. Невыразимая чернота, прямо дышать нечем.
Фалько взялся одной рукой за артефакт в мешочке — раз уж он у него, пусть помогает! И принялся зачищать пространство от лишнего.
Лиза! Здесь, жива, но еле держится. И чтобы пройти к ней, нужно убрать вот это. Держись, любовь моя, ещё немного, пожалуйста. Сначала — тёмная тварь. И не простая тёмная тварь, судя по тому, что тут творится. Ладно, всё потом.
Фалько собрал своё, сколько мог, и ещё подзанял у артефакта — тот поделился, даже не пикнул. И вывалил это всё на тварь, и поставил преграды, чтобы не сбежал, чтобы не перекинулся и не утёк никуда тёмной дымкой, той самой, которую видели сегодня где-то в центре мира.
Сжать, задавить, прихлопнуть. Выжать, высушить, вытряхнуть. Две эти силы противоположны, и той, что у него, сейчас просто больше, она мощнее, и вторая уйдёт, растворится, преобразуется. А то тело, в котором жила чернота — ну не сама же она в нём завелась, в конце-то концов, так что туда ему и дорога. В Предвечную Тьму.
Фалько вполголоса выругался — так, вместо выдоха — и шагнул к Лизе.
Дышит, значит — шанс есть. Первым делом он взялся за шнурок и вернул ей на шею мешочек с артефактом. Пусть работает, нечего. Оковы рассыпались от взгляда. Его сила ей не поможет — регенерация в таком деле не сработает, даже с Астальдо было проще, тут — увы. А потом оставалось только взять её на руки и вынести отсюда. Она показалась хрупкой и невесомой, хотя никогда такой не была. Но дышала, и это главное.
