Хранительница Мира

А он вдыхал аромат ее волос и думал о прошлом, о настоящем, но больше о будущем. Никогда еще оно не было столь зыбким и неопределенным. Он уже не может держаться в стороне от Александры. А сейчас казалось, что многое может измениться. По крайней мере, в это хотелось верить.

— Я спать, — тихий голос Лекс вырвал из раздумий. Оказалось, они подошли к двери ее покоев. — Спасибо, Дэй, — тускло улыбнувшись, она толкнула дверь, выскользнув из его объятий.

Как и после того разговора…

— Подожди… — позвал он, а стоило ей обернуться, как подался вперед, чтобы прижаться к ее губам своими.

Потому что сейчас, когда алкоголь все еще гуляет в крови и мыслях, границы кажутся как никогда прежде размытыми."

"Александра изумленно замерла, не отстраняясь и не отталкивая, а потом несмело приоткрыла губы. Безмолвное разрешение пламенем вскипело в груди, жидкой лавой растеклось по венам. Меч со звоном выпал из ладони, а Дайрос сделал последний шаг до вожделенного.

Обхватив тонкую талию рукой, он запустил ладонь в шелковые волосы, неистово сминая сладкие губы.

Александра была другой, отзывалась, но казалось, просто пытается забыться, ведь ее ладони лежали на его груди, готовые в любой момент оттолкнуть его и отрезвить обоих. Потому он с жадностью впитывал в себя эти моменты. Ласкал, мял, сжимал податливое тело, порывисто целуя губы, щеки, шею. Вот только с каждым мгновением остановиться казалось все более невозможным.

Александра вздрогнула под треск ткани, когда он чересчур сильно дернул ворот рубашки.

А потом вздрогнула вновь, когда припав губами к обнажившемуся плечу, он прикусил нежную кожу. Хотелось оставить на ней след, свою метку.

Сделав шаг вперед, Дайрос подтолкнул Лекс к приоткрытой двери покоев.

— Нет, — она схватилась за дверной косяк. А стоило ему вновь потянуться за поцелуем, приложила пальчики к его губам, останавливая и словно выставляя брачный браслет барьером. — Нельзя, — прошептала, судорожно вздохнув.

— Думаешь, я этого не понимаю? — Дайрос опустил голову, прикрыв глаза.

Снова она уходила, выскальзывала из рук, хотя только секунду назад отзывалась на каждое прикосновение.

— Прости, Дэй. Я ужасно запуталась, — с мольбой заглянула в глаза, словно извиняясь.

Ее губы алели после поцелуев, щеки пылали, а в глазах поселился лихорадочный блеск. Такая прекрасная, что огромных трудов стоило стоять на месте и наблюдать за тем, как она отдаляется от него.

Александра закрыла дверь, возводя еще одну преграду между ними.