Хранительница Мира

В комнату вошли две девушки в одинаковых бежевых платьях.

— Мы поможем вам принять ванну и одеться, — они склонили головы, выражая почтение.

— Спасибо.

Почему-то это показалось странным. Может, обычно я сама за собой ухаживала? Но, наверное, сейчас мне действительно нужна помощь. Девушки отвели меня в купальню с утопленной в пол мраморной ванной. Здесь они помогли мне снять ночную сорочку и помыться. Тогда я увидела надетый на мое запястье золотой браслет с черными камнями в основании. И почему-то даже не возникло мысли снять его, будто он являлся частью меня, моей души.

Привычные на первый взгляд вещи вгоняли в большую растерянность. Все казалось странным и незнакомым. После ванны девушки просушили и уложили мне волосы, принесли одежду. Голубое с серебром платье с высокой линией талии и длинными рукавами село по фигуре. Красивое, но новый наряд не вызвал никаких эмоций. Особенно по сравнению с запахом принесенного завтрака.

Больше всего хотелось впиться в огромный кусок мяса, но еда была большей частью жидкой и легкой, что подтвердило мои предположения о долгом голодании.

— Александра, к тебе можно? — после короткого стука в гостиную, где я завтракала, заглянул мужчина.

Высокий, статный. Черные с рыжиной волосы отброшены назад, аккуратная борода. Охряные, почти красные глаза пытливо рассматривали мой облик, подмечая каждую деталь. И такое пристальное разглядывание смутило.

— Простите, я вас не помню.

— Меня зовут Рогнар, — хриплым от волнения голосом представился мужчина.

— Отец? — к щекам прилил румянец.

Стало грустно и неудобно от того, что я не вспомнила человека, который, наверняка, занимал важную часть моей жизни.

— Я могу присоединиться? — он неуверенно указал на стул возле стола, за которым я сидела.

— Конечно, — волнение охватило душу, и я нервно поправила юбку, впервые с пробуждения задумавшись о внешности.

Рогнар сел напротив меня и снова замолчал, рассматривая мое лицо.

— Ты так похожа на мать.

— Мама? А она тоже придет? — спросила раньше, чем осмыслила тон его слов.

"— Нет, — охряные глаза погрустнели. — Твоя мать давно умерла. Не переживай, что не помнишь меня. Мы не были знакомы.

— Почему? — нахмурилась я. — Ты же сказал, что отец…

— Тебя забрали, когда ты была еще маленькой. Растили вдали от меня, — в голосе послышалась невероятная грусть. — Я не могу помочь тебе вспомнить. Да и обстановка не поможет. Ты в Белой Игле впервые. Прости, это я виноват.