Хранительница Мира

Демонов смели числом. Напали со спины, а следом поднялась решетка и из города хлынули солдаты. Когда Дайрос, разя мечом оставшихся врагов проехал через крепостные ворота, увидел множество трупов врагов и союзников на земле. Лалиэн находилась здесь. Как и Дрэйк с бессознательной Мирой.

— Медальон? — воскликнула Лалиэн, как только увидела его.

Дайрос лишь кивнул ей, направляя коня дальше. Лалиэн предстояло заняться восстановлением защиты врат, а он должен был оправдать доверие друга и короля.

Дайрос гнал коня на пределе и даже влетел на нем в коридоры дворца.

Благо высокие потолки позволяли подобный маневр. Потом выпрыгнул из седла и понесся вперед, ведя за собой с десяток воинов Серебряной Луны. Путь почти не запомнился. Он несся так быстро, насколько вообще мог, пока не достиг дверей коридора, ведущего к Источнику. А дальше бег по пыльным ходам, лестницам и коридорам, погруженным во мрак.

Дайрос выскочил в зал Источника в тот момент, когда раненый Красс подобрался к сияющему озеру. Враг услышал и обернулся, ускорив свои действия.

Дайрос рванул вперед, не обращая внимания на сопротивление мышц и усталость. Он схватил бывшего регента за плечо и дернул на себя в то мгновение, когда тот швырнул в озеро некий кристалл черного цвета.

— Нет! — Дайрос бросился вперед, хватая цепь опасного артефакта, развернулся в воздухе и отбросил его далеко в сторону уже в полете, за секунду до того, как с головой погрузиться в серебристые воды Источника.

Лучница

Дайрос направился к Источнику с медальоном в руке, а Лалиэн побежала к лестнице, ведущей на крепостную стену, чтобы подсоединить кристалл.

Защиту нужно восстановить, ведь враг мог пробиться вновь, а поддерживать живой барьер постоянно невозможно. Она успела на себе испытать, насколько это энергозатратный процесс. Мира уже исчерпала себя и потеряла сознание. Как и другие маги. По крайней мере, Лалиэн надеялась, что они живы.

Бой тем временем возобновился. Поднявшись наверх, она увидела с высоты стены, как схлестнулись армии Серебряной Луны и Белой Иглы.

Аркарион вел их в бой, а потому так страшно и волнительно стало на душе. И в то же время она гордилась мужем, его самоотверженностью и верностью своему народу. А еще в сердце разрасталась горечь. Одно столкновение они уже проиграли, что снизило их шансы на благоприятный исход. Синее пламя все еще вихрилось в замораживающей воронке, а значит, Александра и Исааз сражались. И лишь на ее успех была надежда.

Стоило подумать об этом, как раздался звук боевого рога.