Хранительница Мира

— Мне и так тяжело.

— Скажи, ты…

Вдали послышался шелест листвы, заставивший их мгновенно подскочить на ноги и забыть о разговорах. Оглядевшись, Дайрос потянул ее в густые заросли кустов, подхватив свою куртку.

— Сможешь использовать магию, если они нападут? — говорил шепотом, продолжая прислушиваться к приближающимся врагам.

Трое, может больше. Не так много, если бы они не были вымотаны.

— Вряд ли. А ты удержишь меч?

— Разве что в левой руке, — хмыкнул, раздраженно дернув раненым плечом.

Кусты расступились, выводя на небольшую поляну, освещенную солнечными лучами.

Шум приближения врага становился громче. И Дайрос притянул Лекс к себе, вынуждая ее присесть у кустов. Минуты, отсчитываемые быстрыми ударами сердца, тянулись мучительно долго. Кровь разгонялась в жилах, разогревая мышцы. Даже боль в ране отступила. А ладонь судорожно сжимала рукоять меча, когда вторая покоилась на плече Александры. Она сидела возле него, припав на одно колено, как и он, внимательно прислушиваясь. Напряженная, готовая к атаке, словно взведенная стрела. Бесконечно прекрасная и опасная.

Но вот шум начал затихать. Враги миновали их укрытие, не заметив. До слуха вновь доносились лишь умиротворяющие звуки леса. Они как по команде выдохнули с облегчением, переглянувшись. Лекс даже улыбнулась, отчего глаза заискрились, отогревая своим теплом. Когда-то он считал ее холодной, скрытной. А теперь понимал, что она слишком привыкла к одиночеству, чтобы делиться своими переживаниями.

Ладонь сильнее сжала плечо Александры. Ее близость пьянила, а недоступность дурманила.

— Ты его любишь? — спросил, продолжая прерванный разговор. Но больше для того, чтобы хоть за что-то зацепиться мыслями, отрезвить себя.

— Что? — неожиданный вопрос сбил ее с толка.

— Аркариона. Ты любишь его?

— Д-да, — растерянно ответила она после нескольких секунд замешательства.

Не уверена, или он убедил себя в этом?

Александра громко вздохнула и уперла ладони в его обнаженную грудь, когда он притянул ее к себе.

Он впился в ее губы, сминая, требуя ответа, не давая и возможности на сопротивление. Просто не мог больше себя сдерживать, когда она находилась так близко. Слишком долго желал ее, слишком долго мечтал о ней и не смог выкорчевать из сердца, как ни пытался.

Мягкие губы приоткрылись, то ли от неожиданности, то ли позволяя углубить поцелуй. А Дайрос повалил Лекс на траву, продолжая жадно целовать желанные губы.