Поступал так, как считал нужным, и ему невозможно было не подчиниться.
Тело мгновенно вспыхнуло в умелых руках, растаяло сладкой карамелью, и тут же сдалось без боя. Я и сама с радостью сдалась на милость жарких прикосновений и требовательных губ.
– Редклиф, – стоном слетело с моих собственных и отозвалось низким гортанным рыком мужа.
– Сэнди, ты сведешь меня с ума, – отрываясь, проворчал он и переключил тумблер мобиля. – Потерпи немного, осталось недолго.
Редклиф направился к выезду из города, мы проехали по проселочной дороге, свернули в негустой лесок и вскоре остановились у незнакомой часовни.
Я ни разу не видела ее раньше. Она одиноко темнела на фоне луны и казалась заброшенной.
– Что это за место?
В свете фонарей мобиля удалось разглядеть только старинную кладку невысоких стен, узкие стрельчатые окна и темный провал входа.
– Храм нерейского бога Рива, – ответил Редклиф и потянулся назад, доставая с сиденья какой-то сверток.
– И зачем мы здесь?
Сердце гулко забилось от неизвестно откуда накатившего волнения.
– Я хочу кое о чем тебя попросить, – посмотрев мне в глаза, сказал муж.
И в его тоне зазвучали незнакомые нотки, от которых внутри задрожала тонкая струна. Она сбивала дыхание предвкушением чего-то неведомого и прекрасного, и я с волнением ждала ответа мужа.
– В этой часовне приносили брачные обеты первые Черные лорды и их Хризантемы.
Во взгляде Редклифа мелькнули тщательно сдерживаемые эмоции, и я вдруг поняла, что он тоже волнуется.
– Сэнди, я хочу, чтобы мы с тобой обменялись здесь брачными клятвами.
И чтобы ты, наконец, сказала да.
Редклиф смотрел на меня, и я чувствовала, что для него очень важно то, что происходит. И сама ощущала непонятный трепет. А еще вспомнила брачный обряд, связавший нас вопреки моей воле, и кивнула.
– Что нужно делать?
Мой взгляд не отрывался от любимого лица. Сейчас оно казалось непривычно беззащитным, словно Редклиф опустил щиты и впервые показал то, что скрывается внутри.
– Надень.
Он развернул сверток, и мне на колени легло знакомое платье.
– Это венчальный наряд первой леди Бенси, – пояснил муж.
– Сколько же ему лет?! И так хорошо сохранилось, – я провела рукой по гладкому шелку, не в силах поверить, что ему больше семи веков.
– Магия, – одними губами улыбнулся Редклиф, но глаза его оставались серьезными.
И под их взглядом я расстегнула пуговицы жакета и блузки, избавилась от них, потянулась к застежке юбки, но тут муж перехватил инициативу и помог мне снять лишнее.
