Я не отвечала, пытаясь сопоставить произошедшее в парке с тем, что происходило сейчас, но не могла понять, что за представление устроил Уинтшир.
– Зачем вам это? – сорвался с моих губ невольный вопрос.
– А если я скажу, что оказался сражен вашей красотой и воспылал к вам неистовой страстью? – словно не услышав моих слов, спросил граф, и только чуткое ухо смогло бы уловить в его словах иронию.
Уинтшир криво улыбнулся, оторвался от стены и посмотрел на меня с большим интересом, чем до этого.
– Не говорите глупостей, – отмахнулась я от его насмешливых слов и сжала руки.
– Лучше скажите правду. Что вы задумали?
– Все просто, госпожа Эйден. Вы увидели то, чего не должны были видеть, – жестко отчеканил граф, и его лицо заледенело. – И я собираюсь обеспечить себе ваше молчание.
– Но я и так никому ничего не скажу!
– Разумеется, – кивнул Уинтшир, не сводя с меня хищного взгляда. – У вас просто не будет такой возможности. Как моя супруга, вы не сможете свидетельствовать против меня в суде.
В суде? Уинтшир думает, что я могу на него донести и его казнят?
Что ж, в этом был резон.
Законы Эрилии сурово карали убийц, и никакие титулы не могли позволить преступнику избежать наказания. Это пошло еще со времен Великой войны. В обескровленном после нее королевстве стали высоко ценить человеческую жизнь, и любой, кто поднимал руку на соплеменника, подлежал осуждению.
По спине пробежал озноб, и я поежилась. Присутствие Уинтшира вызывало все усиливающийся холод и ощущение нарастающей опасности. Мне хотелось бежать и из этой комнаты, и от стоящего напротив мужчины, и даже из графства.
Свечи тихо потрескивали в настенных канделябрах, в окна хмуро заглядывала луна, от стен ощутимо тянуло сыростью. И мне вдруг показалось, что это сырость могильного склепа. Что помешает графу убить меня так же, как он убил ту незнакомку? И зачем ему этот фарс с женитьбой? Что за ним кроется? Только ли желание избежать наказания?
– Вы удивительная женщина, – прочитав что-то по моим глазам, усмехнулся Уинтшир и добавил: – Думаю, наш брак точно не будет скучным.
– Вы так уверены, что я соглашусь?
– А что еще вам остается?
– Не боитесь? А если я уже замужем?
– Но вы не замужем, – пренебрежительно отмахнулся от моих доводов Уинтшир.
– Хуже. Я разведена.
Я посмотрела в ледяные глаза и спросила:
– Вы все еще собираетесь на мне жениться?
– Разумеется, – спокойно произнес граф, и только едва заметная пауза перед ответом дала понять, что мои слова застали его врасплох.
