Жена выглядела удивительно теплой, живой, она словно светилась изнутри мягким приглушенным светом. И Редклифу захотелось протянуть руку и коснуться этого света, окунуться в него, погрузиться с головой. Согреться.
– Вот что я тебе скажу, хозяйка Горленда, – раздался у него в голове надтреснутый голос, и он внезапно понял, кто разговаривает с Александрой. – Что бы ни случилось в прошлом, ты теперь – Хризантема Черного лорда, его супруга и его душа. И ты должна сделать все, чтобы поддержать мужа в его служении.
– В каком служении? О чем ты?
– Поговори с графом, – ответил дух дома, и добавил: – И знай, все не так, как кажется на первый взгляд.
А защиту, о которой ты просила, я тебе дам.
– Есть еще кое-что, – быстро сказала Александра.
– Так и знал, что одной просьбой ты не ограничишься. Ну, что там?
– Понимаешь, пока ты спал, замок немного обветшал. Поможешь нам привести его в порядок?
– Обветшал, говоришь? Это никуда не годится. Говори, что нужно сделать.
– В подвале потрескались стены, на первом этаже осыпалась штукатурка, на втором и третьем – закоптились потолки, а на крыше прохудилась черепица.
– Что ж, все поправлю. Произнеси заклинание и скрепи его своей силой.
– Астано верио годби, – тихо произнесла Александра, и замок едва заметно содрогнулся, а Редклиф невольно подумал о том, что если жена решила навести порядок в Горленде, значит, выбранная тактика сработала.
– Сработало, – словно подслушав его мысли, громко прокряхтел дух и добавил: – Я выполню свою часть уговора.
А ты пообещай, что присмотришься к мужу и станешь хорошей хозяйкой Горленда.
– Обещаю, – уверенно ответила Александра, а Редклиф усмехнулся. Дух дома только что подловил его жену. И, пожалуй, ему, Редклифу, это только на руку.
Он тихо отошел от двери и направился в кабинет. А там достал старый фолиант с семейными преданиями, отыскал нужную страницу и довольно улыбнулся. «Что ж, Александра Эйден Бенси, – подумал он, – похоже, ты попалась. Посмотрим, как ты теперь выкрутишься…»
Александра Эйден
Через три дня первый этаж особняка был полностью приведен в порядок.
Я расхаживала по чистым светлым комнатам, проводила рукой по гладким свежевыкрашенным подоконникам, любовалась солнечными бликами, играющими на блестящем паркете, и впервые за долгое время чувствовала себя счастливой.
Я представляла, как будут выглядеть эти залы, когда привезут оставшуюся мебель. И как оживет второй этаж, когда доставят швейные машины, и все вокруг заполнится их стрекотом.
