Виски согревалось у него в ладони, приятно пахло. Пахло еще чем-то, то ли остывшим пеплом, то ли жженой бумагой, и Кирилл посмотрел в камин.
Он глотнул виски и посмотрел еще раз.
– Сереж, – спросил он рассеянно, – ты не знаешь, когда топили камин?
– Зимой, – буркнул Сергей – Чего его топить, когда все время тридцать градусов? Хорошо хоть дождь пошел, а то бы мы точно завтра угорели от жары.
Вряд ли горстка серого пепла лежала на чистой подставке с зимы.
Поставив стакан на ковер, Кирилл ткнул пальцем в рассыпающуюся пепельную горку.
На пальце остался серый след.
Что там сожгли? Когда? Кто?
По всем детективным правилам в уголке непременно должна была остаться несгоревшая бумага, а на ней – загадочный обрывок, многозначительный и все объясняющий.
Кирилл посмотрел – обрывка не было.
В коридоре громко разговаривали и препирались – Настя провожала Мусю домой и предлагала ей остаться, раз уж на улице такой дождь, а Муся не соглашалась, тихо, но уверенно.
Сергей снова бросил свою книгу на диван и поднялся.
– Пойду посмотрю, – пробормотал он, не глядя на Кирилла, и выскочил за дверь.
Пошел провожать даму сердца и целоваться с ней под дождем. Очень романтично и очень в духе человека, который не выносит спиртного и при этом делает вид, что пьет из одной рюмки, а сам выплевывает в другую.
Зашла Настя, посмотрела на Кирилла и села рядом на ковер.
– Что ты пьешь?
– Виски из запасов твоей бабушки. Хочешь?
– Нальешь?
Он сунул ей свой стакан.
– Можешь глотнуть отсюда. Насть, ты не знаешь, когда топили камин?
Она осторожно пригубила виски и посмотрела в камин.
– Вроде давно, а что? После бабушки точно не топили, а когда она топила, не знаю.
– Ты в нем ничего не жгла?
– Нет, Кирилл. А что такое? Он взял ее за шею под волосами и повернул голову в сторону камина.
– Там пепел. Видите, дорогая наблюдательная мисс Марпл? Откуда пепел, если камин не топили?
– Не знаю. Откуда?
Он засмеялся и погладил ее шею под волосами.
– И я не знаю. Вот видишь, у тебя спрашиваю.
– Ты думаешь, это имеет отношение… к нашим делам?
Кирилл притянул ее голову к себе на плечо и заставил сидеть тихо.
– Вполне возможно. Очень трудно определить сразу, что имеет отношение к нашим делам, а что не имеет.
– А Сонино ожерелье имеет? Пусти, Кирилл, мне так неудобно.
Он отпустил ее шею, и руке сразу стало холодно.
– Куда ты побежал с террасы? Ты что, думаешь, что это какая-то ошибка и на самом деле оно ценное?
– Я не знаю, ценное оно или нет.
