Почему они говорили о старухиных деньгах? Любимой внучке мало оставленного дома, и она намеревается еще подобраться к деньгам? Если так, ей придется столкнуться с серьезным противником. Она даже не подозревает, насколько серьезный противник стоит у нее на пути.
Ее нужно опередить. Сегодня же.
Если все выяснится, от нее можно будет избавиться быстро и легко.
Как только ее кавалер куда-нибудь исчезнет, она поедет в город и больше не вернется.
И никто – никто! – не сможет тогда помешать.
* * *
– Вам что-то нужно? – сухо спросила Нина Павловна из кустов.
– Вся смородина мокрая. Кому нужна такая прорва смородины? Когда была Зося Вацлавна, она ее сушила и отправляла каким-то родственникам. А мы что станем с ней делать?
– А куда делась Зося Вацлавна? – спросил Кирилл. Крупные черные грозди, больше похожие на виноград, чем на смородину, были влажными и теплыми. Кирилл сорвал веточку и объел с нее ягоды.
У его бабушки смородина была мелкой и твердой, как сухой горох. У братьев и сестер не хватало терпения дожидаться, когда она созреет, и они, как козы, обгладывали бедные ветки, пока они были еще зелеными, а потом мучились животами.
Зато они были детьми, свободными от мещанских ценностей.
Интересно, сестра Зинаида своего ребенка тоже станет держать голого на коричневой клеенке и обливать холодной водой “для закаливания” или ей хватит ума купить ему фланелевый комбинезон, уютного зайца и памперсы?
– Зося Вацлавна? – переспросила Нина Павловна с удивлением. – Мама с ней рассталась. А почему она вас интересует?
– Просто так, – сказал Кирилл.
Он набрал полную горсть смородины и высыпал ее в круглую корзину, стоявшую тут же. И стал набирать следующую.
Нина Павловна внимательно смотрела на него.
– Ваш сын стал учить арабский язык, потому что так хотела бабушка?
– Она давала ему какие-то книжки, когда он был еще маленький. Красивые книжки с картинками. Они ему нравились, и он, когда вырос, стал учить язык.
– Она хотела, чтобы он учил именно арабский язык?
– Да ничего она не хотела! Просто ей нравились красивые, необыкновенные профессии.
У вас много знакомых, которые говорят по-арабски?
– Нет.
– Ну вот. Ей казалось, что это очень шикарно – говорить по-арабски. И она Сережку приохотила.
– А как вообще эти книги попали в ваш дом? Сергей сказал, что они принадлежали Якову и он боялся, что они пропадут.
– Наверное, так оно и было.
– А почему он не оставил их собственной семье? У него же была семья? Я даже фотографии видел, Настя мне показывала.
