В жилах у Клэри течет слишком много ангельской крови. А ты, Саймон, когда-то был вампиром.
– Мы в курсе, спасибо. Зачем понадобилось накачивать нас, чтобы сделать нечто символическое?
– Ничего символического. Испытание парабатаев – испытание огнем, – вмешалась Катарина. – Двое стоят в кругах огня, чтобы между ними родилась связь. А это… это – испытание водой. В этом случае нельзя, чтобы испытуемые заранее знали о испытании. Если мысленно подготовиться к нему, это может повлиять на результат. И еще: ваше испытание не имело отношения к Джулиану и Эмме.
Оно касалось только вас двоих. Подумайте о том, что вы оба увидели, что узнали. Подумайте о том, что вы чувствовали. Подумайте о том, что случилось, когда вы плыли навстречу друг другу, когда вам уже ничего не оставалось, когда вы должны были умереть.
Саймон и Клэри не сводили друг с друга напряженных взглядов. Они начинали кое-что понимать.
– Вы выпили воды, – сказал Джем. – И мысленно присоединились друг к другу в одном и том же месте. Вы смогли отыскать друг друга.
Вы были связаны. «Когда кончил Давид разговор, душа Ионафана прилепилась к душе его, и полюбил его Ионафан, как свою душу»[4].
– Парабатаи? – удивился Саймон. – Стоп-стоп-стоп. У меня не может быть парабатая. Мне исполнилось девятнадцать два месяца назад.
– Не совсем, – поправил Магнус.
– Как это «не совсем»?"
"– Саймон, – Магнус посмотрел ему прямо в глаза, – ты умирал. Ты был мертв почти полгода. Конечно, ты при этом не лежал в гробу, но и по-настоящему живым ты не был. Так что это время не в счет.
По меркам Сумеречных охотников тебе все еще восемнадцать. И у тебя есть целый год до девятнадцатилетия, чтобы найти парабатая. – Маг глянул на Клэри. – Ну а Клэри, как тебе известно, пока еще не достигла предельного возраста. У тебя есть еще время совершить Восхождение, а затем вы двое сразу сможете стать парабатаями – если, конечно, вы этого и в самом деле хотите. Некоторые люди, не побоюсь этого слова, рождены, чтобы стать парабатаями. Им может казаться, что они просто всегда дружили, всегда соглашались друг с другом, были, что называется, на одной волне.
Но дело не в этом – а в том, что вместе им лучше, чем порознь. Сражаться вместе им тоже лучше. Алек с Джейсом не всегда и не во всем соглашались друг с другом, но вместе им всегда было лучше, чем поодиночке.
– Мне часто говорили, – мягким голосом подхватил Джем, – насколько вы двое преданы себя друг другу. Как вы всегда поддерживали друг друга и всегда ставили друг друга на первое место.
