Прогулявшись вслед за ними, мы вышли на какую-то площадь, образованную кажется больше по недоразумению, чем во исполнение планов местных архитекторов. Там уже топталась небольшая толпа.., человек этак в четыреста-пятьсот, включаю женщин и ребятню, - полагаю, почти все жители поселка. И как я не без удивления заметил, - на лицах горожан даже можно было прочесть некое оживление и радость. - Видать жизнь в городе была настолько тосклива и однообразна, что даже уплата налогов, казалась им развлечением.
...Впрочем, - опять ошибся! - Все-таки пусть ребята Фаршаада и выглядят как банда отморозков, - тупо грабить клиентов, не представив их вниманию какую-то культо-культурную программу, они явно были не намерены.
Пока трое подвывали нечто религиозное. - Один присел торговать дешевыми амулетами со знаком Икаоитииоо. А сам Фаршаад с парочкой помощников приступили к ритуальному действу.
За отсутствием более достойного кандидата, - в жертву была принесена курица, или местная разновидность птичек, очень на нее похожая.
Ее кровью Жрец, (именно с большой буквы), окропил походный переносной алтарь. Остатки выжал в какую-то бадью... Ну и понеслось.
В принципе, - примерно та же традиция что и у нас. - Народ подходил, выпивал ложечку смешанной с кровью воды из бадьи. И отходил с гримасой благоговения на лице.
Была ли добавлена в воду еще и наркота, я так и не понял. Однако народ вокруг нас вовсю принялся веселиться и радоваться жизни.
Очень скоро начало появляться какое-то незамысловатое угощение, - вроде каши, речной рыбы, овощей, и почему-то стручков зеленого гороха.
.. Очень кстати приятного на вкус.
Каждый выносил свое, но как я заметил, норовил обменяться едой с соседями. - То ли это было частью ритуала, а может просто, как обычно, каша в чужом горшке казалась слаще и жирнее.
Засмотревшись за работой коллег, я даже не заметил как Лга""нхи отдал распоряжение, а наши ребята расстарались. - Очень скоро на площадке уже горел костер, (где только дрова-то достали?), а на нем булькал наш самый здоровенный котел, распространяя ароматы аиотеекской каши, щедро сдобренной коровкиным жиром и заморскими прянностями.
Местные нас поначалу дичились, но инициативу, как обычно, проявило вездесущее пацанье. Сначала, они как стая мелких и замызганных акул, начали нарезать круги вокруг нас, все время сужая их диаметр, и время от времени останавливаясь посмотреть на чудных гостей, втягивая носом удивительные ароматы ""заморской еды"".
