За ней, что-то вроде лаза. - Даже мне пришлось наклонить голову и подогнуть колени. А Лга""нхи так вообще, шел скрючившись этакой буквой ""зю"", - это был явно ни его размерчик.
Ну да. Слава богу, идти было недолго. Метров сто, не больше. Попали в какую-то комнату. Что-то вроде подсобки, а за ней вот.., да еще и как-то резко...
...В общем, - огромный, по местным меркам зал. А посреди него стоит...
... Вот тут-то впору и вспомнить, как гримасничал и махал руками Учитель, пытаясь описать Амулет.
Нет. Мне конечно было бы попроще.
Но только к чему все это?
К чему описывать количество цилиндров, прямоугольников, каких-то дохренаэдров, и прочих геометрических фигур, из которых состояла эта штука? - Все равно бы это ничего не объяснило.
...А как можно было бы объяснить, что Он абсолютно черный, но при этом еще и светится?
Одно мне стало понятно сразу. - Эта штука сюда не вписывается.
Не в интерьер, не в пейзаж, ни даже в Мир.
В Миры... Ни в этот, - бронзово-доисторический. Ни даже в мой родной, - компьютерно-космический.
- Даже где-нибудь в научной лаборатории, на атомной станции, или зале управления полетами на Байконуре, эта штука бы смотрелась таким же анахронизмом, как фаянсовый унитаз с цветомузыкой, в пещере троглодита.
И как бедолага-дикарь, живущий в пещере, мог бы только молиться на свой унитаз и приносить ему кровавые жертвы, вымаливая теплую погоду и удачу на охоте. - Так и профессора, академики, и прочие монстры науки моего времени, могли бы только свершать свои ритуальные пляски вокруг этой хреновины, выдвигая теории, ""научность"" которых относительно Истины, были бы на уровне ""плоской земли, лежащей на спине у кита"".
А еще, я вдруг понял что эта штука жила. ...Нет, не работала. А именно жила. Хотя ее принадлежность к сфере технологий, была ясна любому, мало-мальски сведущему в механизмах, ежику. Объяснить это невозможно. Потому я даже и не пытаюсь.
А еще она говорила со мной. ...Нет, не напрямую, а.., в смысле, - скорее как раз напрямую, а не...
Ну вот представьте себе аппарат, который воздействует на вас на уровне эмоций, или каких-то других сфер души, настолько тонких, что ваше обычное грубое восприятие хоть и способно услышать этот разговор, но неспособно понять.
Словно бы где-то за стенкой говорят на каком-то славянском языке, вроде чешского или, болгарского. Только вот многие слова в этом языке имеют прямо противоположные, привычным вам, значения, или изменены до неузнаваемости. Да еще и стены глушат звуки.
