"
"Цели минометчиков изменились, три ствола методично молотили измученную потерями пехоту, а по одному пытались нащупать минометными разрывами наступающие конные отряды врага. Пропустив кавалерию, пехота не выдержала избиения, сначала попятилась, затем отдельные бойцы побежали, спустя считанные минуты бегство стало всеобщим.
Взрывы наносили ужасающие потери коннице джунгар, но наступательный порыв батыров остановить не смогли. Слишком стремительно сближались две конные лавины, и слишком много людей яростно стремилось вцепиться во вражеские глотки.
Вот враги уже рядом. Кони перешли на галоп. Воинственные кличи казахских родов громогласно разнеслись над примолкшей степью. В ответ джунгарские воины прокричали собственный клич.
Все, дальше стрелять невозможно, можно задеть союзников. Будешь бить в эту кучу конников – поразишь и своих, и врагов. Минометы переключились на остатки убегающей пехоты, большая ее часть скрылась за горой.
В первом ряду дружины тайши дербетов отважный Сенге мчался навстречу врагам, которые приближались с небывалой стремительностью.
Стыло сердце, но он был полон решимости. В щит ударила стрела, мотнула руку. Рядом раздался короткий вскрик, товарищ рухнул под копыта. Пронзительно заржала лошадь, заглушая человеческий вопль. Сенге наклонил копье. Выбрав противника, прицелился в грудь. Еще чуть-чуть! Уже видны едва не выдавленные волнением и страхом глаза казаха, совсем близко страшная муть лица. Две конных лавины с треском, грохотом, яростными криками, отчаянным ржанием лошадей, сшиблись примерно на полпути.
Сенге ударил противника копьем. Тот успел закрыться щитом, но таранный удар, помноженный на мощь более тяжелого коня, не оставил ни единого шанса – словно пробка из бутылки вылетел на землю, под копыта обезумевших коней.
Поле сшибки заволокла густая пыль.
Пальцы разжались, выпуская размочаленное копье. С легким шелестом сабля покинула ножны.
За вскинутой головой коня замаячило потное, разгоряченное лицо немолодого казаха.
Сверкнув на солнце, клинок обрушился на голову. Казах прикрылся щитом, но тяжелый клинок перерубил и щит, и живую плоть.
Конь понес дальше. Воином овладела горячка боя.
Вокруг исполненные ужаса предсмертные крики, вопли ярости, страха и злобы, ржание ошалевших от ударов коней, скрежет железа – все слилось в сплошной адский гул.
Коней развело. Краем глаза увидел яростно оскаленный рот противника и уловил атаку слева. Клинок полоснул по подставленной сабле.
