Хроники Мильгарда (СИ)

Наряду с гизитами и камгарами, осмины были основоположниками создания Гизитской державы, но всегда считали себя соперниками гизитов, занимавших привилегированное положение в Алхане. Расправившись с Коррином Чернобородым, последним гизитским правителем, Лингольд хотел навсегда стереть из памяти ненавистное имя гизитов. Наследником короны автоматически становился Эйред Преемник, являвшийся наполовину ларнийцем. Столицей Осминского государства становился Лаат город, в котором Лингольд встретил свою любовь, и который очень любил.

Никакого сопротивления подобному развитию ситуации со стороны лирийцев не последовало. Проблемы неизбежно возникли в гизитских пределах, но новоиспеченный монарх, легко расправился со всеми недовольными. Так неожиданно и практически бескровно сложилось грозное и могучее Осминское королевство.

Лингольд прекрасно осознавал, что предстоит тяжелая борьба за утверждение новой династии в Белом Мильгарде. Великие державы добровольно не пожелают признавать Осминское королевство.

Время показало, что главным соперником будет являться Роллен IV, стремящийся смыть пятно позора. Риена категорично заявила о непризнании нового государства. Граница Акерумской империи до некоторой степени была прикрыта Хребтом Черного Тура, поэтому Дарион пока предпочитал оставаться в стороне от конфликта. Имперцы установили контакты с Лингольдом и даже готовы были признать его монархом. В свою очередь, Керсия отнеслась к созданию Осминского государства резко отрицательно. Усиление соседа непосредственно угрожало национальной безопасности империи. Керсия не желала повторять урок времен доминирования гизитских правителей, когда именно они диктовали условия на Западе.

Для руководства страны сложилась отнюдь неблагоприятная ситуация. Верзер, дважды за столь короткое время потерпевший полный разгром, опасался открыто выступать против осминов. Дарион явно вел двойную игру. Имперцы установили торговые и политические отношения с новым участником международных отношений, но в то же время поощряли воинственные настроения соседей.

Складывалось впечатление, что акеры попросту хотели столкнуть лбами двух сильных соперников, чтобы они истощили себя в трудной борьбе, а самим остаться в стороне (впрочем, подобная тактика оставалась излюбленным приемом имперской дипломатии).

Как известно двум медведям не ужиться в одной берлоге. Отношения Лингольда и Роллена IV обострялись с каждым днем.