Эйлонви, которая слышала от Тарена так много о Колле и Даллбене, не отказалась посетить их дом. Она ехала вместе со всеми. Гвидион дал каждому по красивому статному коню. Тарену достался самый прекрасный — серый, с серебряной гривой жеребец Мелинлас из рода Мелингар. Он был так же быстр и неутомим. Хен Вен восседала на носилках, прилаженных к седлу, и выглядела необыкновенно важной и довольной собой.
Каер Даллбен никогда не видел такого великого пира, какой закатили нашим друзьям Колл и Даллбен. Впрочем, Тарен не был уверен, что Даллбен не знавал в своей долгой жизни пиров роскошнее.
Но в этот раз все были счастливы и довольны. Даже Гурги впервые наелся досыта. Колл крепко обнял Тарена, который был и удивлен, и польщен, что такой великий герой соизволил обнять скромного Помощника Сторожа Свиньи. А Колл по очереди обнимал всех — и Эйлонви, и Хен Вен, и Гурги. Круглое лицо его сияло, лысина розовела от удовольствия.
Даллбен оторвался от своих глубоких размышлений, чтобы тоже поприсутствовать на празднике.
Однако быстро удалился к себе в комнату и снова погрузился в себя. Позже, правда, он уединился с Гвидионом, и они долго обсуждали какие-то важные вещи, о которых Гвидион мог рассказать только этому старому волшебнику.
Гурги, который тут же почувствовал себя как дома, сладко похрапывал под охапкой сена на конюшне. Пока Ффлеуддур и Доли обходили Каер Даллбен, заглядывая во все уголки, Тарен повел Эйлонви к загону, где довольно хрюкала сытая и лукавая Хен Вен.
— Значит, это именно то место, с которого и началась вся ваша суета? — спросила Эйлонви.
— Не хочу тебя обижать, но думаю, у всех нас было бы гораздо меньше забот и неприятностей, если бы ты следил за ней получше. — Потом искоса глянула на приунывшего Тарена и добавила уже помягче: — Каер Даллбен остался таким, как ты говорил, — просто прекрасным. Ты, наверное, счастлив, что снова дома. Это похоже на то, как будто что-то потерял и вдруг неожиданно нашел. Впрочем, не знаю, с чем и сравнить счастье.
— Да, это так, — смущенно откликнулся Тарен.
Он перегнулся через ограду и принялся с притворным вниманием что-то там разглядывать.
— А что же ты теперь будешь делать? — спросила Эйлонви. — Снова станешь Помощником Сторожа Свиньи?
Не глядя на нее, Тарен кивнул.
— Эйлонви… — сказал он нерешительно, — я надеялся, то есть имел в виду, то есть мечтал…
Он запнулся; на его счастье, к ним подошел Колл и прошептал, что его зовет Даллбен, который хочет поговорить с ним наедине.
