Бард пожал плечами, но послушно пошел следом за Тареном через холмистое поле в неглубокий овраг. Здесь они нашли достаточно широкое и удобное углубление в крутом склоне.
— Надеюсь, ты не ранен? — спросил Ффлевддур. — У меня был военачальник, у которого рана каждый раз ныла к перемене погоды. Должен заметить, что это очень удобный, хотя и несколько болезненный способ предсказания дождя. Я всегда думал, что проще немного подождать, пока погода сама себя покажет. Рано или поздно это случается.
— Ветер изменился, — сказал Тарен.
— Теперь он дует с моря. Он беспокойный и с соленым привкусом. К нему примешивается и запах травы и осоки. Это заставляет меня предположить, что мы недалеко от Морвы. Если все будет идти хорошо, мы к завтрашнему дню сможем достичь Болот.
Почти сразу, после того как они нашли укрытие, небо заволокло низкими тучами и на холмы обрушился холодный дождь. Через мгновение он превратился в отвесный ливень. Вода стекала ручьями по обе стороны их убежища, но спутники оставались сухими.
— Мудрый хозяин, — кричал Гурджи, — защитил нас от озябки и капкапки!
— Должен признать, — заметил бард, — ты точно все предсказал.
— Не я, — сказал Тарен, — Без пряжки Адаона, боюсь, мы бы промокли насквозь.
— Как это? — переспросил сбитый с толку Ффлевддур, — Я и не предполагал, что от пряжек бывает какой-нибудь толк."
"И Тарен, как накануне Эйлонви, рассказал барду все, что знал о броши возлюбленной Адаона. Ффлевддур внимательно разглядывал украшение на груди Тарена.
— Очень интересно, — сказал он.
— Что бы там еще она ни умела, эта чудесная пряжка, но на ней нанесены символы бардов. Вот эти три линии, похожие на наконечник стрелы.
— Я уже заметил их, но не знал, что это, — сказал Тарен.
— Естественно, — толковал Ффлевддур, — это же наука бардов. Я многое изучил, когда пытался подготовиться к экзамену.
— Но что они означают? — спросил Тарен.
— Насколько я помню, — вставила Эйлонви, — я уже как-то просила его прочесть одну надпись.
— Да, — смущенно откликнулся Ффлевддур, — но те были другими.
Я отлично знаю все символы науки бардов. Вообще-то это секрет, но коли уж пряжка принадлежит тебе, то, думаю, мне позволено будет приоткрыть тебе смысл этих символов. Линии означают триаду — знание, правду и любовь.
— Это очень мило, — хихикнула Эйлонви, — не возьму в толк, почему знание, правда и любовь должны быть таким уж большим секретом?
— Секрет совсем не в том, — ответил бард — Но согласитесь, достаточно трудно найти хотя бы одно из этой триады.
