Но они оказались где-то высоко, намного выше головы. Он лежал на плоской наклонной плите вверх ногами. С трудом ему удалось подняться и сесть. Он встряхнулся, как собака, сбрасывая с себя мелкую гальку и комья земли. Эйлонви и ее светлого лучика видно не было. Тарен позвал девушку, стараясь приглушить голос.
Некоторое время спустя он услышал легкое царапанье. Над ним забрезжил зыбкий свет золотого шара.
— Где ты? — позвала Эйлонви. Голос ее казался далеким и слабым. — О, я вижу! Часть тоннеля обвалилась.
Ты, должно быть, упал в расщелину.
— Это не расщелина, — прокричал Тарен, — а пропасть. Я долго падал. Здесь, кажется, очень глубоко. Ты не могла бы посветить сюда? Я не могу выбираться в темноте.
Опять послышались скребущие звуки.
— Да, — сказала Эйлонви, — ты здорово влип. Земля вокруг изрыта, будто тут пробежал табун лошадей. А прямо над твоей головой большой камень, похожий на полку. Как это тебе удалось так ловко кувыркнуться?
— Не знаю как, — раздраженно ответил Тарен, — но можешь поверить, что я это не нарочно.
— Странно, — протянула Эйлонви. — Этого всего не было здесь, когда я шла к тебе. Все эти хождения по коридорам, наверное, сотрясают и разрушают почву. Боюсь, что эти тоннели и вполовину не так прочны, как кажутся. А ведь замок стоит над ними. То-то Акрен всегда жалуется, что двери перекошены, стены трескаются, а полы вечно сырые…
— Прекрати болтовню! — закричал Тарен, зажимая уши ладонями. — Не хочу слышать о скрипучих дверях и отсыревших полах! Направь луч так, чтобы я видел, как отсюда выбраться.
— В том-то и штука, что тебе отсюда не выбраться, — задумчиво протянула Эйлонви. — Понимаешь, эта каменная полка над твоей головой нависает так круто и так далеко выступает вперед… Попытайся дотянуться до нее.
Тарен поднял руки и подпрыгнул насколько мог. Безнадежно. Массивная тень камня, заслонявшая от него Эйлонви и свет ее шара, оставалась недосягаемой. Тарен застонал от отчаяния.
— Иди без меня, — сказал он. — Предупреди моего друга, что в замке начался переполох.
— А что ты собираешься делать? Не можешь же ты сидеть здесь, как муха в кувшине.
— Не думай сейчас обо мне, — откликнулся Тарен. — Потом ты найдешь веревку и вернешься, когда все успокоится.
— Кто знает, когда они утихомирятся? Если Акрен увидит меня, это произойдет не скоро. А представь себе, что после встречи с ней я уже не смогу вернуться? Что станется с тобой? Ты, наверное, превратишься в скелет.
