– Ты давай на дорогу смотри, – осадил его механик. – А понял или ни черта не понял, это мы опосля разберем. Пока же – вот тебе за труды.
И бросил вознице серебряный рубль.
– Держись меня и будешь завсегда с деньгами. Помощник мне нужен, толковый и расторопный. Может, и ты сгодишься…
– Я на заводе четыре месяца учеником вальцовщика отработал!
– Что же ушел? Запил? – ехидно спросил Форосков.
– Навроде того, Петр Зосимыч. Там без энтого никак. Четырнадцать часов в день вкалывать! Все мозги набекрень, ежели не пить.
А при хорошем хозяине другое дело.
– Спать можно целый день? Нет, брат, шалишь! В большом заводе, наоборот, легче спрятаться, чтобы баклуши бить. У хозяина не поспишь! Но нужен мне не ученик, чтобы напильником махал, а ловкий человек. Чтобы заказы собирал. Сделать я все сам сделаю. А заказы, так и говори, Форосков берет любые. Запомнил? Любые.
Так в селе Сормове появился новый обыватель. Поселился он действительно в номерах Яшина, рекомендованных ему извозчиком. Лавка бывшая Рютина механику не подошла – негде поставить станок.
Форосков снял десять квадратных саженей по соседству, в доме волостного правления, и поместил там вывеску: «Ремонт всяких механизмов». И начал обживаться.
Через две недели у окружающих его людей сложилось уже о Петре Зосимовиче определенное мнение. Ясно, что человек при деньгах, ежели может позволить себе обедать чуть не каждый день в «Белой акации». Отнюдь не утруждает себя работой в мастерской, в которой и сидит-то не всякий день.
Приносили тут ему в починку дорогие часы, хорошую плату сулили – не взял, сказал – некогда. А сам о ту пору бездельничал… Но руки у механика и впрямь оказались золотые, и делать он умел все. Когда хотел. Хозяин номеров, Яшин, раскопал старинное ружье, еще наполеоновской войны, ломаное-переломаное – так Форосков его за день отремонтировал! Сказав при этом, что оружейные механизмы – его любимые. Инженеру Кублицкому-Пиотух починил хитрый бельгийский револьвер, причем половину деталей к нему выточил заново.
Далее. Паспорт, что снесли уряднику на прописку, оказался выдан Брянской ремесленной управой. Сам же Форосков неохотно рассказывал о своем предыдущем житье-бытье. Из случайной его оговорки выяснилось, что жил он ранее вовсе не в Брянске, а в Балакове и почему-то должен был оттуда спешно уехать. Еще механик никогда не посещал Нижний Новгород: если что-то требовалось, он посылал туда извозчика Пужалова с точными инструкциями.
