Когда-то давно, еще в детстве, он читал о невероятных приключениях древнего бога Хроноса, влюбившегося в простую смертную. Тот прожил с ней удивительную жизнь, но она умерла. Тогда расстроенный Хронос изобрел невероятный артефакт, позволявший возвращаться в прошлое, в моменты, которые его возлюбленная считала самыми важными для себя. Это не был хроноворот в современном понимании этого слова, потому что невозможно было предугадать, в какое точно время занесет путешественника в следующий раз.
Маленький Файмус был гением.
Детская сказка захватила его настолько, что он, потратив пятьдесят лет своей жизни, изобрел нечто похожее, назвав свое творение «Хронос и Деймос». Деймосом звали его возлюбленного, потерянного когда-то в юности. Блэк страстно хотел спасти его, но не смог. Придя к выводу, что прошлое неизменно, он сошел с ума и покончил с собой, оставив данный том в назидание потомкам.
Когда Поттер закончил чтение, на часах было уже шесть утра, поэтому он загасил свечу и задумчиво провел по выпуклому стеклу артефакта, созданного влюбленным гением.
Неожиданно кожаный переплет будто сам выплюнул его ему в ладонь. Бешено вращающиеся стрелки тут же успокоились и замерли, как показалось удивленному Гарри, в произвольных положениях. Он перевернул механизм задней крышкой вверх и прочел: «Нет ничего настолько же неизменного, как прошлое».
— Я и не собираюсь ничего менять, — задумчиво сказал артефакту Гарри. — Хочу лишь узнать, как вышло так, что я состою в браке со Снейпом. Заключение брака — это же значимое событие? Вот и я так думаю.
Высплюсь, навещу благоверного в Мунго, настрою на него хроноворот и смотаюсь в прошлое. С ума сходить я не собираюсь — было бы с чего. Файмус вернулся, и я, глядишь, не застряну.
Он сладко зевнул и аппарировал в спальню, не выпуская сокровища из рук.
Глава 3
Утро у Поттера началось под вечер, причем разбудил его звон сигнальных чар, наложенных на Снейпа. Одевшись за сорок пять секунд, как и положено бойцу, он дернул портключ и уже ровно через два удара сердца прижимал к стене огромного санитара, который, глядя в наливающиеся кровавым бешенством глаза Главного, поднял руки вверх.
— Мистер Поттер, — прошептал он. — Я физиотерапевт. Массаж пришел делать. Чтобы мистер Снейп форму не потерял, а то мышцы без работы атрофируются.
Гарри отпустил его и подошел к Снейпу. Тот неподвижно лежал на кровати с задранной вверх ночной рубашкой, открывшей его худые длинные ноги, оказавшиеся, кстати, удивительно ровными.
