Ежели не испугаешься и самообладания не утратишь, река времени вспять потечет, а после и в берега вернется», — прочитал Гарри и посмотрел на добытый из фолианта артефакт. — Кровавый рубин, значит.
Волос Снейпа, аккуратно выдернутый из чисто вымытой шевелюры и обработанный специальным заклинанием, был давно помещен в выдвинувшийся «ящичек», после чего многочисленные стрелки немного повращались, меняя положение, а на золотом ободе часов появился крупный темно-красный камень. Еще Гарри удивило появление длинной цепочки, как у хроноворота, по которой бегали странные темно-зеленые огоньки, количество коих сосчитать не удавалось, потому как они пребывали в беспрестанном движении.
Но в том, что их было не менее десяти, Поттер был уверен, инстинктивно ощущая, что это важно.
Похлопав по карманам кожаной куртки, он в последний раз проверил на месте ли аптечка скорой помощи, бездонный кошель, палатка, мантия невидимка, запасная палочка, записная книжка и смена одежды. Быстро проведя по ногам, убедился, что небольшой метательный кинжал легко вытаскивается из-за голенища высоких шнурованных ботинок, а карманы плотных темных брюк военного кроя надежно застегнуты.
От Снейпа из прошлого можно было ожидать чего угодно, особенно если учесть, что в то время, когда Гарри был на пятом курсе и увидел на его пальце кольцо, уже шла война.
Поклявшись самому себе, что ни за что не поддастся желанию вломиться к Волдеморту и заавадить его, Гарри надел на шею опасный артефакт и надавил на тот самый кровавый рубин.
Палец укололо.
«Вот тебе и метафора», — успел подумать Поттер, и мир сжался вокруг него, завертевшись со страшной скоростью. Последним, что он еще успел увидеть в настоящем, была его собственная драгоценная персона, соткавшаяся из воздуха. Наметанный аврорский взгляд успел зацепиться за порванную в лохмотья куртку, разбитый нос, который он сам зажимал ладонью, и поднятый вверх большой палец.
«Вернусь», — понял Гарри.
Глава 4
Когда мир перестал вращаться, только боевое и аврорское прошлое и потрясающая реакция спасли Поттера.
Огромный бурый вервольф страшно завыл и прыгнул, распуская на ленточки драконью кожу у него на груди.
- Lupus Ignarus*! Ступефай максима! Инкарцеро!
Спеленутый блестящими магическими веревками оборотень тяжело рухнул к его ногам, а за спиной послышался тихий всхлип. Гарри от души пнул тяжеленную тушу и осмотрелся.
- Люмос! Что за… Хм…
За его спиной кто-то пошевелился, и Гарри обернулся.
