Обычно яркие глаза будто выцвели, из изумрудных став цвета замороженной зелени. От виска через скулу к носу шел багровый едва заживший шрам. Волосы, и так отросшие за последнее время, находились в ужасном беспорядке, но странным было не это. Прядь шириной в ладонь, идущая ото лба, была абсолютно седой.
- Спасибо, Госпожа. Цвет глаз и волос – смешная плата за жизнь Северуса.
При упоминании супруга сердце болезненно сжалось, будто ухнув в пустоту, и Деймос на мгновение всерьез испугался, что оно стало пустым, как раковина, из которой забрали жемчужину.
Но уже через мгновение прекрасное, теплое чувство, о котором он говорил Госпоже, вернулось, будто став еще сильнее.
- Все будет хорошо, - сказал он сам себе и почувствовал, как натягиваются невидимые узы, связывающие его с Хроносом. – Черт!
Поспешно призвав свои вещи, он оставил палочку Госпожи на тумбочке у кровати Северуса, поцеловал спящего супруга, желая и в то же время опасаясь разбудить его, надел на шею опасный межвременной портал и, сунув под подушку давно заготовленную записку, исчез.
Трудный, полный опасностей год закончился. Ему предстояло вернуться в настоящее, оставив Северуса один на один с судами, наградами и… одиночеством, щедро разбавленным ревностью.
Глава 61
В настоящем было удивительно спокойно и непривычно. Будто выпал с шумной дискотеки в зону отдыха с шикарной звукоизоляцией. В голове еще гудит, а на барабанные перепонки буквально давит звенящая тишина. Северус мирно сопел на кровати, и Гарри с не свойственной ему нежностью обнял его.
- Родной мой. Я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы разбудить тебя. Госпожа пожалела своего дурака Повелителя, разве имею я право отступить теперь? Ни за что.
Снейп чуть нахмурился, потом приоткрыл губы, к которым его супруг с удовольствием прижался своими. Неожиданно в голову пришла простая до безобразия мысль.
- Сев, ты до сих пор живешь в том доме, что мы купили перед битвой? Может, ты там что-нибудь оставил для меня?
Одержимый новой идеей, он еще раз поцеловал супруга, быстро натянул на все еще гудящее от усталости тело свежий комплект излюбленной одежды полувоенного кроя, наспех расчесал спутавшиеся волосы, а потом, подумав, попытался замаскировать хотя бы седую прядь и шрам, но подарки прошлого не поддавались ни одному известному ему заклинанию.
- Прощай, полевая работа, - хмыкнул Гарри. – С такими украшениями ни о какой маскировке не может быть и речи.
