Планов у него было – громадье, и касались они не только Конгресса, но и взаимоотношений с другими отделами и ведомствами, полевой работы, ведения оперативно-следственных мероприятий… Когда все эти идеи успели посетить буйную голову Главного, доподлинно было неизвестно, но, похоже, его подчиненным тем для обсуждения хватит на несколько недель.
И вот теперь он, первый заместитель Главного, глава отдела расследований, Дин Томас, двадцати девяти лет отроду, едва поспевал за стремительно летящим по коридору начальником.
Они направлялись на административный этаж, и он заранее предчувствовал головную боль – горячий нрав Министра не позволял тому спокойно реагировать на все выходки Поттера, а потому скандал должен был разразиться знатный.
На искомом этаже оказалось очень многолюдно. Туда и сюда сновали маги и ведьмы в официальных мантиях, неся стопки исписанных пергаментов, перья, какие-то папки, книги…
Внезапно широкая Поттеровская спина впереди резко остановилась, и Дин едва успел затормозить, чтобы в нее не врезаться.
- А ты что здесь делаешь? – поинтересовалось начальство самым что ни на есть недружелюбным тоном, и Дин осторожно выглянул из-за закрывающей ему обзор спины, обтянутой алой аврорской мантией.
Обращались, судя по всему, ни к кому иному, как к Северусу Снейпу, и Дин сделал несколько шагов назад, автоматически доставая палочку. Наличие этих двоих в замкнутом пространстве неизбежно приводило к взрыву, и инстинкт самосохранения обязывал его, аврора Томаса, быть от эпицентра как можно дальше.
- Не помню, чтобы мне на это требовалось твое разрешение, Поттер, - холодно заметил Снейп, продолжая просматривать какие-то бумаги и намереваясь обойти застывшего посреди коридора негодующего Главного.
- Сметвик… - не сдавался Поттер.
- Мне плевать. Дай пройти.
И тут Гарри Джеймс Поттер совершил немыслимое: перехватив пытающегося гордо удалиться Снейпа поперек живота, он вернул его в поле своего зрения и упер кулак в стену, не давая пройти.
- Ты еле на ногах стоишь.
- Поттер…
- Домой.
Публика замерла в ожидании магической дуэли, но Поттер снова поступил, как последний самоубийца – он прижал наливающегося яростью Снейпа к стене и впился в его кривящиеся губы.
Вокруг тихо ахнули, Томас прикрылся папкой с бумагами, не веря своим глазам, а Снейп… а что Снейп, собственно? Он сначала вырывался, даже палочку исхитрился достать из рукава, но вскоре расслабился и даже, кажется, начал получать от происходящего удовольствие.
