И пусть никого из посторонних внутрь не пускали, но у него было двойное положение – сопровождающий участника и глава аврората. Одно из них позволяло легально находиться на формально закрытой территории.
Обойдя всю закрытую часть, Поттер убедился, что все спокойно. Не то чтобы чутье подсказывало ему, что что-то не так, но убедиться не помешает. Отправив Патронуса Томасу, Гарри остановился у окна в мужской уборной и закурил, прикидывая, как сподручней будет обеспечить охрану уважаемых товарищей во время экскурсии, когда буквально спиной почувствовал, как растекается вокруг могильный холод.
Не оборачиваясь, он выставил щит и принялся ждать.
- Мисссстер Поттер… - послышался едва различимый шелест.
Гарри обернулся и спокойно затянулся дымом. За то время, что он находится в волшебном мире, он повидал многое и давно уже перестал удивляться.
- Вот и вссстретилисссь.
Гарри молча рассматривал то, во что превратился красавец и талантливый зельевар Майлз Коулбир. Вернее, то, во что он превратил очередного глупого мальчишку, рискнувшего стать его учеником.
Этого пятнадцатилетнего юношу он заприметил еще в зале прибытия, когда в 9.20 сработал порт-ключ из Зимбабве. Да, в этой дикой с точки зрения любого европейца стране по-прежнему были талантливые зельевары, пусть и не столь высокопоставленные, как сын вождя и шамана Майлз. Высокий, почти седой старик-травник, одетый в белоснежный саронг, величественно поклонился и молча пошел за девушкой-администратором, а несколько его учеников бодро поволокли цветные мешки, которые почему-то никто не додумался уменьшить.
На одного из них Гарри смотрел чуть дольше, чем на остальных, потому что почувствовал… что-то смутно знакомое. Какой-то холодок, сладковатый запах тлена и свежей влажной земли, какую-то ауру безысходности. Списав все на странные шаманские традиции и дары зимбабвийцев, он пропустил странного гостя, и вот теперь тот снова перед ним.
- Мистер Коулбир, я полагаю?
- Полагаешшшь, - прошипел стоящий перед ним совсем еще юный мальчик с безумными глазами убийцы.
– Сссопляк."
"- Ваше владение английским поражает, - усмехнулся Гарри, даже не достав палочку. – И чего тебе в твоем африканском посмертии не сидится, Майлз? Неужто влюбился? Или отомстить пришел?
- Никто не смеет меня травитьссс.
- Ну, Северус вообще редко спрашивает разрешения на что-либо. Он защищал свое, это, кажется, вполне укладывается в границы твоего мира, верно?
- Ты умрешшш.
- Когда-нибудь – безусловно. Но решать, когда именно – не тебе.
