На скулах гуляют желваки, ноздри расширены. Я сглатываю. Желание сказать «стоп» оказывается слабее, чем стремление по-детски ответить на провокацию провокацией.
— Если скажу, что нет, — то что? Поцелуешь, где болит?
30
Всё случается в секунду. Аслан обхватывает мою шею, вынуждая потянуться навстречу.
Удивлённо распахнув глаза и сопротивляясь, я упираюсь руками в его грудь. Сердце частит. Под моими ладонями перекатываются стальные мышцы. Происходящее знакомо и незнакомо одновременно.
Как будто из прошлой жизни!
Виска касается дыхание. Аслан проводит губами по моему лбу, а пальцы надавливают на позвонки чуть сильнее, чем нужно, рождая в животе яркую вспышку.
— Пусть больше не болит, — говорит он, отстраняясь.
Я выдыхаю накопившийся в лёгких воздух. Резко, хрипло. Трясу головой, ничего не понимая.
— Теперь точно заживёт. Даже шрама не останется.
— Если что, попроси мужа переделать."
"Температура тела стремительно поднимается, потому что следы прикосновений остаются на коже, будто ожоги.
Горячие и острые. Вызывающие дрожь внутри.
Мне стоит огромных усилий вернуть себе благоразумие, встать с места и уйти к дочери, сделав вид, что никаких провокаций не было.
Не знаю, как легко это даётся Аслану, но он присоединяется к нам спустя пару минут, избавившись от свитера и переодевшись в футболку.
Устроившись на полу рядом с Ами, Тахаев демонстрирует команды, которым недавно научил собаку. Несмотря на то, что у нас с Луной не сложились отношения, её смекалистость и дружелюбный характер невольно вызывают улыбку.
— Мам, спускайся к нам! — зовёт Амелия, похлопав по мягкому ковру, потому что я единственная, кто остался на диване.
— Ну уж нет, больше я на ваши игры не подпишусь.
— Ну ма-ам…
Тем не менее, наблюдать за их забавами интересно. Луна лихо подаёт лапу, выполняет команды «лежать» и «сидеть», а дочь каждый раз восхищённо хлопает в ладоши. Кто бы мог подумать, что ретривер способен стать таким мощным источником детского счастья.
Аслан угощает собаку лакомствами, почесывая её голову и за ухом.
Я избегаю смотреть на него прямо, потому что пульс всё ещё зашкаливает. Кажется, воздух вокруг нас стал густым и плотным, почти осязаемым. Я роюсь в сумке в поисках телефона и, когда наконец нахожу его, замечаю на экране несколько пропущенных звонков и сообщений от мужа.
Ужасно то, что меня не гложет совесть.
