— Образцы должны быть собраны в присутствии сотрудника аккредитованной лаборатории, — говорит он с нажимом в голосе. — Как я могу быть уверен, что это действительно её образцы, а не твои, например?
Красные пятна расползаются по шее, ключицам и груди. Внутри болезненно ноет. Времена, когда мы безоговорочно доверяли друг другу, давно прошли. С этим нужно как-то смириться.
Я встаю с места, собирая по студии разбросанную одежду и вешая её на стойку. Пока что я не представляю, что скажу Амелии и Владу. Просто не представляю! Это чертовски сложно провернуть втайне.
— А если я откажусь? — спрашиваю с нотками истерики. — Что будет, если я не захочу никуда ехать?
На лице Аслана мелькает что-то мрачное и недоброжелательное, похожее на угрозу.
— Не советую, — качает он головой. — Потому что дальше экспертизу назначит уже суд.
19
У меня нет ни единого сомнения, что Аслан не лукавит. Это слышно по тону, видно по взгляду.
Слово «суд» ассоциируется со скандалом — громким, никому не нужным. Ни мне, ни Амелии, ни Владу, ни свёкру.
Тахаев пошумит и вернётся в Штаты, а мне придётся с этим жить. С подмоченной репутацией. С полным непониманием, что делать с правдой дальше.
— Не надо через суд, — резко прошу.
— Алина, ты не оставляешь мне другого выбора. Я не могу спокойно улететь и жить свою жизнь, зная, что где-то здесь ходит девочка, которая совпадает со мной характером на все сто процентов.
Я вешаю платье со стразами на плечики, тщательно расправляя складки. Простые, монотонные действия помогают унять дрожь по телу.
— Это может быть совпадением.
— Ты повторяешься.
— Мне кажется, ты веришь в то, что являешься отцом Ами, больше, чем в это верю я. Потом будет больно разочаровываться. Не тебе — мне. Ты не хочешь этого понять и встать на моё место, но это может иметь плохие последствия. Для всех нас.
Аслан, удерживая под контролем каждый мускул на лице, отвечает:
— Я был достаточно понимающим шесть лет назад. Я, блядь, всегда шёл тебе на уступки.
— Знаю.
— И даже поверил в россказни о скором замужестве, не допуская мысли, что ты можешь нагло врать, потому что ещё тогда осознавал, что не был для тебя достаточно перспективным и подходящим парнем.
Во всех аспектах.
— Это неправда.
Я опускаю глаза, замирая. Собирать и сортировать одежду становится всё сложнее. Давящий взгляд, напряжение, повисшее под потолком, и навязчивые флешбеки никак не дают сосредоточиться.
— Правда. До подходящего отца, видимо, я тоже не дотягиваю.
Аслан причиняет мне боль.
