Шесть лет назад я могла с закрытыми глазами узнать Аслана по запаху среди сотни мужчин, потому что изучила его до мелочей: запах тела, парфюма. После секса, после спорта или в спокойные моменты, когда мы занимались математикой или смотрели кино.
Я бросаю взгляд на своё отражение в зеркале, недовольно цокая языком. Брюки чуть помяты после сушки, помада стёрлась, а волосы растрёпаны.
Ужасный день. Определённо не мой.
Решив не прикрываться полотенцем, я выхожу из ванной и проскальзываю в соседнюю спальню.
По дому разлетается собачий лай и задорный детский смех. Чуть хрипловатый и приглушённый — Аслана. Я осознаю, что не знаю, как он смеётся. Улыбается, говорит, шутит и молчит — да. Но не смеётся — искренне, по-доброму. Эта функция, похоже, доступна только для нашей дочери.
Нашей. Общей. Дочери."
"Я до сих пор не упорядочила в голове мысль о том, что родила Ами от Аслана. Похоже, это то единственное, что получилось у меня в жизни безупречно.
В комнате приглушён свет и минимум мебели: двуспальная кровать, тумбы и письменный стол, на котором стоят ноутбук, чашка из-под кофе и разбросаны бумаги с канцелярией.
Видя беспорядок, я с трудом сдерживаю порыв убраться — вместо этого открываю шкаф и начинаю искать что-то из одежды. Футболки лежат на верхних полках, и, учитывая мой средний рост, дотянуться до них оказывается непросто.
Когда за спиной раздаются шаги, я оборачиваюсь.
Аслан заглядывает в комнату без стука, что логично, ведь он здесь хозяин, но немного неловко, учитывая, что я стою на носочках в одном кружевном бра и брюках.
У Тахаева слегка сбито дыхание после игр с собакой. Движения резкие, быстрые. Я замечаю, как его грудная клетка высоко вздымается, а на виске часто пульсирует венка.
— Извини, — трясёт он головой. — Тебе помочь?
Взгляд невольно соскальзывает с моего лица — ниже, но почти мгновенно возвращается обратно. Я успеваю уловить в нём вспышку, которая заставляет меня замереть на месте. Настолько явную, что даже слепит.
Мне не было холодно, но сердце вдруг сбивается с ритма, а жар разливается по телу, поднимаясь к щекам, как будто кто-то подкрутил невидимый регулятор.
— Покажи, что у тебя есть.
Пространство вокруг нас сужается, когда Аслан подходит к шкафу, потеснив меня в сторону. Я подвигаюсь, скрестив руки на груди, но это никак не помогает справиться с излишне острой реакцией на будоражащую близость, сколько бы я ни старалась отвлечься.
