Хрупкое желание

Но сомневаюсь, что мы сможем скрыть это больше, чем на два месяца. Люди станут подозрительными, если Серафина станет держаться подальше от светских мероприятий.

— Почему она не сделала аборт? Она узнала об этом слишком поздно?

— Она не захотела делать аборт, — ответил Пьетро.

Его голос ясно давал понять, что его выбор был бы другим, если бы это зависело от него.

— Но она собирается отдать ребёнка на воспитание кому-то другому?

Данте покачал головой, а Пьетро допил свой стакан и закурил сигарету. На мгновение мне захотелось попросить у него сигарету.

Мне хотелось напиться и накуриться, пока я не забуду все вокруг. Но ни то, ни другое не вариант. Мне необходимо оставаться достаточно трезвым, чтобы вернуть Эмму в отель, а ей не нравилось, когда я курил, потому что это убило нашего дедушку и скоро убьет отца.

— Она планирует растить ребенка Фальконе?

Я не получил ответа. Я не мог понять, как Серафина вообще могла думать о воспитании его ребенка. То, что она не желала аборта, было чем-то, что я мог понять.

Но на самом деле смотреть, как растет ребенок Римо после того, что он сделал? Это безумие. Женщины становились сентиментальными в период беременности. Может быть, позже она передумает.

Для меня это не должно иметь никакого значения. Серафина больше не была моим делом. И все же казалось, что все, что с ней случилось, все равно свалится на меня.

Это гордая мысль, но я не мог отказаться от нее.

🐞 София 🐞Я была так взволнована, когда услышала, что Данило приедет на Рождественскую вечеринку дяди Данте.

Когда он не появился на дне рождении отца, я была разочарована. Я хотела вновь увидеть его, теперь, когда он стал моим. Мало кто знал о нашей помолвке — которая даже не была официальной. Эта мероприятие состоится только тогда, когда я стану старше.

Мое волнение исчезло, встретив Данило на вечеринке. Мне потребовалось больше времени, чем когда-либо прежде для подготовки. Я выбрала новое элегантное платье и даже слегка накрасилась прокравшись в комнату Фины. Несмотря на все мои усилия, Данило почти не смотрел на меня.

Словно я была воздухом. Выражение его лица было пассивным. Единственная вспышка страсти вспыхнула, когда он заметил Серафину в другом конце помещения. После этого я стала для него невидимкой. Анна подтолкнула меня локтем, когда он ушел.

— Эй, не делай такое лицо, — прошептала она и снова повернулась к Эмме.

Я заставила себя отвести взгляд от Данило и улыбнулась Эмме.

— Ты голодна? — спросила я. — Я еще не смотрела, что в буфете.