Я в который раз поразилась её красоте. Селеста напоминала озорного лисёнка: тонкие черты лица, слегка курносый носик, небесно-голубые глаза и роскошные золотые волосы. Гладкие и блестящие, словно в них запутались солнечные искорки.
Не удивительно, что отец влюбился с первого взгляда и сразу сделал предложение. Некоторые осуждали такую поспешность, ведь родители не были истинными, но я знала, что они безумно любят друг друга. Даже спустя столько лет, нежности и страсти в их отношениях можно только позавидовать.
Глядя на смущённо улыбающуюся маму, я едва сдерживала желание придушить леди Балтимер. Селеста доверяла ей как родной сестре! А та вероломно воспользовалась этим, превратив её в марионетку.
Впрочем… а была ли дружба? Матушка говорила, что они росли вместе, но я никогда не выясняла подробности. Похоже, придётся наверстать упущенное.
Карета остановилась. С улицы доносилась тихая музыка, голоса гостей и цокот лошадиных копыт. Экипажи подъезжали один за другим, но аристократы не спешили внутрь, с удовольствием группируясь, пристально разглядывая и обсуждая вновь прибывших.
Наверняка только выйдем из кареты, к нам рванёт Тереза…
– О-о-о-о! Милая Селеста!
Шелест шёлка и хриплый смех подтвердили опасения, а через миг меня душным коконом окутал аромат цветущей вишни.
Сегодня Тереза была в чёрном. Элегантное кимоно цвета ночи украшала золотая вышивка. На рукавах её переплетения напоминали перья диковинных птиц, а на подоле красовались огромные пионы.
Змея под маской нежной пташки, не иначе.
– Доброй ночи, мессир Лисавэр, леди Лисавэр, Лори, – за королевской коброй уныло плёлся мистер Балтимер.
Он напоминал снулую рыбу, слегка гнусавил и постоянно морщил нос, словно окружающие дурно пахли.
– Ужасная погода! Уверен, ночью будет дождь, – добавил, не дожидаясь ответа, – отвратительно! В прошлом году я поднимал этот вопрос в палате лордов, неужели нельзя увеличить налоги для простолюдинов и поставить над всей столицей погодный купол?
Марио был верен себе: хронически недоволен всеми и всем.
Ясным днём его нервировало солнце, ночью недостаточно яркие звёзды и прохладный ветер. Зимой он требовал запретить снег, а осенью проклинал листопад и дожди.
Я никогда не видела старшего Балтимера улыбающимся. Кислая мина была его визитной карточкой.
– Алория, – третьим змеем подполз мой жених.
Бран не спешил подходить слишком близко и настороженно следил за моей реакцией, как и Тереза.
