– Лори, следи за сканером, а я пока погружу принцессу в магический сон, – Айролен оплела Марианну новым заклинанием, – затем будем по очереди поддерживать его, пока огненный Дар полностью не успокоится.
– Хорошо.
– Ванда, Гретта, продолжайте удерживать купол, – добавила Лаура.
– Как прикажете, Верховная! – отозвалась настоятельница.
– Я сейчас свяжусь с Лейри, – продолжила Айролен, – принцесса не выдержит целый день в пути, нам придётся остановиться где-нибудь на ночь.
Дурные предчувствия встрепенулись с новой силой: ночёвка в придорожной гостинице сулила крупные неприятности…
– В четырёх часах езды от столицы расположен особняк моего старого друга, – успокоила меня Лаура, – если командир согласится, переночуем у него, а завтра с новыми силами отправимся в путь.
ГЛАВА 33: Замок на холме
Вечером того же дня (Алория)
До герцогства Ризолье добрались благополучно, если это слово вообще применимо к нашей ситуации. Всю дорогу мы чувствовали себя сидящими на пороховой бочке и с маниакальной тщательностью отслеживали показания сканера.
Пока нам удавалось удерживать Дар Марианны в узде, но я ужасно переживала, как пройдёт пробуждение. Айролен предупреждала, что первое время пламя может выходить из берегов и понадобится помощь мессира Суареса.
Целителя уже вызвали в особняк Ризолье срочным порталом, а самого герцога предупредили о необычных гостях. Айролен лично переговорила с ним по магографу и попросила вынести из комнаты, которую приготовят для Марианны, все артефакты, включая самые простенькие и слабые.
Как оказалось, в таком пограничном состоянии принцессе могла навредить любая магическая вспышка. Поэтому, почувствовав неладное, Лейри и решил скорее увезти нас из зоны действия «Эха» вместо того, чтобы накрыть карету глухим щитом.
В отличие о меня, некромант знал обо всех нюансах и правилах работы с нестабильными магами.
– Подъезжаем к поместью Юджина, – по дверце кареты постучали и снаружи донёсся голос Саада.
Самого командира я не видела: после случая с юркалами наглухо закрыла шторы, словно это могло защитить нас от новых неприятностей.
Глупая предосторожность, но живописные пейзажи Ризолье слишком напоминали те, что мы проезжали на выезде из столицы, и всякий раз при виде изумрудных холмов в душе разгорались тревога и тоска. За каждым кустом мне чудились юркалы, а в стуке колёс и цокоте копыт мерещился звон золотых монет.
