Поведение жениха казалось нормальным, а моё – ужасным. Если бы я предупредила его, сказала, что задержусь…
– Как только вы появились в коридоре, он спросил о браслете, – продолжил Лейри, – классический приём, направленный на то, чтобы перевести стрелки и вызвать у вас чувство вины.
– Хватит, пожалуйста! – взмолилась, пытаясь унять головную боль заклинанием.
Помогало слабо. В отличие от тёмных, светлые целители не могли лечить себя. Исключение составляли лишь простенькие плетения.
– Позвольте, я помогу?
Командир без разрешения наклонился, легонько касаясь моих ладоней.
Кончики пальцев закололо от чужой магии и по телу разлилось приятное тепло. Боль начала отступать.
Я запоздало вспомнила, что некроманты неплохо разбираются в целительстве. Особенно в обезболивающих арканах.
– Спасибо, – прошептала, вжавшись в спинку сиденья.
Хорошо, что я зашторила окна и нас никто не видит.
Щёки пылали от смущения и почему-то хотелось разрыдаться. Лейри не переходил границ, в его жесте не было ничего порочащего.
Он коснулся лишь ладоней и тут же убрал руки, закончив лечение. Но всё во мне бунтовало против чужих прикосновений, а в голове набатом билась одна-единственная мысль: «Меня может касаться только жених!»
– Леди Лисавэр, с вами всё хорошо? – в голосе дракона проскользнуло искреннее беспокойство.
– Да, – соврала, – я просто устала.
– Если вам нужна помощь…
– Мне нужен отдых.
Наверно, это прозвучало грубо. Дальше ехали молча, хотя я то и дело ловила на себе настороженный взгляд Саада.
Интересно, это Владыка приказал позаботиться обо мне? Или личная инициатива?
При первой встрече Лейри не показался мне добродушным. Выбил двери в палате, скандалил с Вандой и пытался увезти нас в замок Нери. Конечно, можно списать всё на эмоции, но чем тогда он отличается от Брана?
Если новости обо мне и Владыке жениху сообщила Лизетта, страшно представить, КАК она исказила факты. В такой ситуации любой бы разнервничался."
"Карета качнулась, я с силой вцепилась в поручень, чтобы не упасть.
Головокружение неожиданно отступило, и я поймала себя на мысли, что любые размышления о Бране заканчиваются поиском оправданий. Странно.
Почему я не могу даже в мыслях обвинить его в чём-то?!
Левая кисть неожиданно онемела и пальцы свело судорогой. Очень захотелось увидеть браслет, словно в нём было моё единственное спасение. Не задумываясь, достала его из сумочки.
Перед поездкой хотела сразу надеть, чтобы не печалить матушку.
