Ой…
– Светлейшего утра, – поздоровалась, – матушка, отец!
– Доброе утро, милая. – В изумрудных глазах Родриго плясали смешинки. Он не злился.
Зато Селеста напоминала разъярённую кошку. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, а веер как хвост пляшет в руках…
– Алория Марианна Каталина Лисавэр! – прошипела матушка. – Мы с твоим отцом неприятно удивлены случившимся!
Сидящий за её спиной Родриго подмигнул мне. Похоже, он всё узнал у полковника и новости его нисколько не шокировали. Наоборот. Он гордился, что я поступила как велел долг, а не пошла на поводу у тщеславия.
– Боюсь, вы даже не представляете, как я была поражена! – заручившись молчаливой поддержкой отца, пошла в наступление.
– О чём ты? – нахмурился Родриго.
– О скандале, который устроил сир Балтимер. То, что он откупился от последствий, не умаляет его вины.
– Алория! – В глазах матушки плеснулся ужас. Она не ожидала такого.
По правде говоря, я и сама не знала, что так умею. Но вчерашний день многое изменил, будто стёр незримые оковы, сдерживавшие меня все эти годы.
– Бран ворвался в госпиталь, требовал, чтобы я бросила больного во время перевязки и вышла к нему, – выпалила на одном дыхании, – и это я молчу о том, что он подкупил одну из жриц и заставил следить за мной!
Матушка охнула и обессиленно рухнула на диванчик. Разговор принимал дурной оборот, но молчать я не могла! Внутри кипели ярость и обида, а проклятый браслет жёг кисть калёным железом. Но едва я подумывала о том, чтобы снять его, тело сковывала невыносимая слабость.
Не стоит спешить… Мы же помолвлены с самого детства…
Мысли казались чужими, я отчаянно гнала их, но они возвращались, оплетая липкой паутиной сомнений.
– Алория? – встревоженный голос отца вернул меня в реальность. – Я хочу услышать подобности. Немедленно!
– Я тоже послушаю! – Селеста нервно взмахнула веером. – Вчера я разговаривала по кристаллу с матушкой Брана. Тереза в ужасе от случившегося, но… её версия отличается от твоей. Сильно.
– Тем интереснее будет их сравнить, – холодно ответил Родриго.
– Мы ждём, Алория.
Руку пронзила острая боль, сломанная застёжка впилась в кожу, не позволяя сосредоточиться. Сомнения обрушились на меня с новой силой. Несколько секунд я даже вымолвить ничего не могла, стояла как кукла и хлопала глазами.
– Лори? – голос отца прозвучал непривычно хрипло.
Отчего-то вспомнился Владыка и его штормовые глаза.
– На браслете сломалась застёжка, – ответила словно в трансе, – командир Лейри случайно повредил её.
