К ордену прилагалась приличная сумма, да и сама награда считалась невероятно престижной. А для настоятельницы и вовсе открывала прямую дорогу в Совет.
Последнее было выгодно для всех. Если Ванда выиграет на выборах Верховной, монастырь получит льготы на поставку оборудования и дополнительное финансирование.
– Я рассчитываю на понимание ситуации и ваше благоразумие.
Тон настоятельницы не предвещал ничего хорошего. Она в открытую предупреждала: если кто-то привлечёт к госпиталю ненужное внимание, может забыть о практике и репутации.
Но мне это играло на руку и давало шанс продержаться до встречи с Нери.
– На этом всё. – Ванда поднялась и, подхватив документы, направилась к выходу. – Алория, ты мне нужна.
– Да, госпожа настоятельница.
Я скользнула за ней, спиной ощущая всё тот же липкий и холодный взгляд.
Похоже, я поторопилась с выводами… Продержаться до церемонии будет очень непросто!
ГЛАВА 9: Лжец ходит первым
До кабинета настоятельницы шли молча.
Ванда не спешила начинать разговор, а я сосредоточилась на новых возможностях.
Меня захлёстывали чужие эмоции. Я не сомневалась, что чувствовать их так ярко помогают именно крылья. Они реагировали на малейшие эмпатические колебания, и с каждой секундой держать контроль становилось сложнее.
Воздух звенел от количества эмоций: зависть, искренняя радость и восхищение. Сотрудники госпиталя по-разному реагировали на новости, и чем дальше мы отходили от зала совещаний, тем слабее ощущался негатив.
Младший персонал не интересовали интриги. Они ликовали, предвкушая премию и отсыпной за вчерашнюю переработку.
Неподалёку раздался знакомый гулкий топот, будто нам навстречу бежал крупный ёжик. Сестру-хозяйку я узнала сразу, ещё до того как услышала её одышку и басовитый голос:
– Госпожа настоятельница! – Выскочившая из-за угла Элеонора выглядела запыхавшейся, но счастливой. Крупное лунообразное лицо сияло, а вокруг монахини витал шлейф гордости и подобострастного восхищения.
– К вам курьер из Гильдии целителей! Прикажете провести в кабинет?"
"– Позже. – Холёное лицо Ванды было абсолютно бесстрастным, но мои крылья засекли едва заметные искорки удовлетворения и затаённого торжества. – Сейчас я очень занята. Проводите его в зал ожидания. Приглашу, как только освобожусь.
Она врала. Я чувствовала это как никогда ясно, но, увы, не видела смысла в её действиях.
