- Смущаю? Вот уж никогда не подумал бы.
Как невежливо намекать девушке о ее … горячности. Он явно намекал на мое пылкое поведение на острове. Вот теперь порозовели даже мои колени.
- И как справляется с походами такой мужчина, как вы?
Ко мне пододвинули большую тарелку с едой. Лукаво поглядывая на меня, он снял рубаху, оставшись в одних только брюках.
- Во-первых, мы договорились обращаться на ""ты"". И во-вторых. Какой такой мужчина, как я? Каким я кажусь тебе, Маргаритка?
Он лег на покрывало и положил голову на согнутую в локте руку.
Пощипывая зелень с моей тарелки, явно ждал ответа.
- Ну, такой, внимательный, мягкий. Вы … Ты вовсе не кажешься мне жестким.
- Это правда? – голос его звучал очень глухо, хотя больше ничем иным он не выдал своих чувств. – Я кажусь тебе мягким?
Я кивнула, искоса поглядывая на него. Что-то я не совсем поняла. Я его обидела или рассмешила? И он сказал ""кажусь""?
- Я сказала что-то не то?
- Все то, Маргаритка, - он протянул мне руку.
А стоило мне вложить в его ладонь свою, осторожно потянул меня на себя.
Стоило мне оказаться на нем, как он взял мое лицо в свои ладони и тихо так, вкрадчиво прошептал:
- Для тебя я даже готов стать милым и пушистым. Ты главное верь мне. И ничего не бойся. Я – рядом.
""Жениться "" на мне сегодня не стали. Не могу сказать, что я была разочарована. А пожалуй, даже вздохнула с облегчением. Не хотела бы я заниматься сексом под одной крышей с целой толпой родных и близких. Но нацеловались мы этим утром от души.
Взгляд его, конечно, меня смущал, но и чрезмерно возбуждал.
Когда просто лежать на нем мне стало неудобно, я села на него верхом, обхватив его бедра своими ногами. Аккуратно расправила юбку платья, и только потом вновь улеглась на него. Я не была столь уж наивной, и ощущала под собой его пульсировавшее возбуждение. Но кроме этого только капельки пота, сбежавшие по его виску, подтвердили, что ему пришлось очень непросто. А в меня будто черт вселился. Казалось, я испытывала особое наслаждение, подвергая его стойкость искушению.
"
"Вдоволь натешившись поцелуями, мы разговаривали. Я рассказывала ему о своем детстве. О том, как баловали, и одновременно с тем частенько обижали меня мои братья. Он с совершенно серьезным видом заявил, что разберется с ними.
Я пожаловалась, что моя подруга в школе отбила у меня парня. А он сказал, что благодарен ей за это и купит ей остров.
Я хохотала до упаду. А затем с восторгом слушала истории о его походах, боях, сражениях.
