- Госпожа, просим простить нашу наглость, но в городе говорят, что вы добрая и великодушная, - первой начала разговор женщина в возрасте, она запнулась на мгновение и указала на девушку. - Я - Поппи Эванс, а это дитя - Лили Уорнс, она работала у моего мужа в таверне подавальщицей. Неделю назад она родила и больше не может работать из-за тяжелых родов. А Создатель не дал ей молока, чтобы вскормить ребенка. Я помогала ей чем могла, но мой муж сказал, что больше не станет держать дармоедов и кормить ее бесплатно.
- А кто отец ребенка? Вы обращались к нему.
Я увидела, как девушка вздрогнула всем телом, вжала голову в плечи и торопливо спрятала взгляд. Но я все же успела увидеть в ее глазах ужас. А вот Поппи брезгливо поджала губы и покачала головой:
- Обращались. Но он… он большой человек, леди. Нам пригрозили, что если мы еще раз покажемся ему на глаза, то у Лили будут проблемы. И у моего мужа тоже.
- Понятно… А твои родные? - я вновь посмотрела на юную мать. Ребенок как раз начал копошиться в своем свертке и она принялась торопливо качать хныкающего малыша.
- У тебя есть семья?
- Есть, госпожа, - так тихо ответила Лили, что мне пришлось напрячь слух, чтобы услышать ответ. - Отец выгнал меня из дома. Сказал, что мозгов принести в подоле хватило, значит хватит и прожить.
Что и следовало ожидать…
Местные нравы явно были похожи на земные, где “гулящим” девкам мазали дегтем забор и обсыпали перьями.
- Риз! - я позвала верную помощницу, которая подслушивала разговор, спрятавшись в тени колонны.
- Отведи Лили с ребенком в свободную комнату и позови кухарку, пусть подогреет молоко для ребенка и принесет для его матери кашу.
Понятливая служанка мгновенно подхватила девушку под локоть и потащила из зала. Зная деятельный характер Риз все будет сделано как надо.
- И все же, кто отец? Этот “большой” и важный?
- Знаете, госпожа, мне далеко не двадцать лет и мужиков я тоже повидала разных. Есть щедрые и веселые, а есть те… - она недовольно поджала губы, - от кого и бус из гальки не получишь, а только в глаз.
Потому что отказываешься идти с ними в каморку. А они пользуются тем, что родились не в бедной крестьянской семье, а на шелках в замке.
- Хотите сказать, что отец малыша - аристократ, и что все это было не добровольно?
- Да уж, что хотела, то и сказала, - хмыкнула тавернщица, ни подтверждая, ни отрицая. - Еще раз благодарю вас, госпожа Оливия. Лили - девочка хорошая, вы не пожалеете.
Женщина ушла, а я вновь вернулась в мастерскую.
