Огромное чувство вины одолело меня, когда они продолжили говорить обо мне.
Папе повезло с дочерью? Я — ангел?
Я склонила голову и сжала руки в кулаки.
Они не знали, что я больше не была хорошей девочкой. Они не знали, что я скрывала от них печальную репутацию и не менее печальные занятия своего парня.
Я закусила губу и посмотрела на родителей.
Если бы они только узнали, то наверняка бы разочаровались во мне. И больше никогда бы не стали мне доверять.
— Ты не выбираешь свою семью.
Я повернула голову и увидела бабушку, вошедшую вместе с дедушкой.
Она остановилась, чтобы поцеловать меня в макушку, а затем продолжила говорить:
— Мы спорим, мы ссоримся. Мы расходимся в разные стороны и иногда не разговариваем друг с другом по несколько дней. Но, в конце концов, семья есть семья. Любовь всегда будет рядом.
Вся гостиная погрузилась в молчание, пока мы обдумывали ее слова. Это была бабушка.
Она всегда умела подобрать слова и всегда знала, что сказать в нужный момент.
Семья есть семья. Эти слова пронеслись у меня в голове.
Значит, что бы я ни сделала, моя семья все равно будет меня любить? Что бы ни случилось, они все равно будут рядом со мной?
Конечно, будут. Мне повезло родиться в любящей и заботливой семье. Даже своих двоюродных сестер я любила. Правда, может быть, не всегда и не особо сильно, но любила.
Мое настроение улучшилось и я почувствовала, что стала расслабляться.
Спасибо за это бабушке.
— Но если бы я мог, я бы променял своего сына на Наташу, — вмешался дедушка с озорным блеском в глазах.
— И я бы ни за что не позволил Толе и на километр приблизиться к ней. Мы бы с Наташей нашли кого-нибудь получше.
Я рассмеялась самая первая, увидев оскорбленное лицо отца. А затем мой смех подхватили и остальные.
16.2. Тоска и ее спаситель
Я вертела телефон в руках, надеясь, что он зазвонит, надеясь, что Леша позвонит. Я пыталась дозвониться до него вот уже все утро, но сколько бы раз я ни звонила, он не брал трубку.
Убрав телефон в карман, я тяжело вздохнула и, обняла себя за плечи, задрожала от прохладного ветра.
Вздохнув еще раз, я забралась с ногами на скамейку и опустила подбородок на колени. Я стала наблюдать за тем, как Федя, папа, дядя Коля и дедушка играли в снежки. Марина и Карина с завистью смотрели за всем с окна дома, находясь под тотальным домашним арестом, не позволяющих выходить не то что за ворота дома, а даже за входную дверь. Мама, тетя Оля и бабушка остались в доме потягивать горячий чай и делиться сплетнями.
