Что ты там себе от Севы заработала? Кандидоз, герпес, хламидии? — отозвался третий девичий голос. — Гордым обладателем какой заразы теперь станет Громов?
Я закрыла ладонью рот, чтобы ненароком не издать звука и случайно выдать себя.
Кандидоз, герпес, хламидии?! Это правда?!
— У меня всего лишь хламидиоз. И ты серьезно переживаешь за Громова, у которого и без меня наверняка целый венерический букет? Ты же знаешь, что он ни одной юбки не пропускает. Тем более он был в презервативе. Вроде бы… — неуверенно отозвалась та, что назвали Лизой.
— Да забей, все лечится.
— Я бы не была на твоем месте так спокойна. И не все лечится. Если запустить лечение, то…
— Всё, хватит! Не нагнетай. Пойдемте лучше, — дверь открылась, раздались шаги и хлопок.
Сердце яростно забилось в груди, когда я приоткрыла дверь своей кабинки, проверяя наличие людей в туалете. И, к счастью, здесь никого не оказалось. Я направилась к раковине, чтобы вымыть руки, нервно посмеивалась от мысли, что Данил мог теперь стать “гордым обладателем венерической заразы”.
Если он еще им не был.
Уля была права. Если Леша был хулиганом, то Данил был… скажем так — парнем, ведущим разгульный образ жизни. Как сказала бы Ульяна — студенческой шлюхой. Вот только ему нужно было следить за собой и за тем, с кем он спал, чтобы избежать вот таких курьезных ситуаций и беготни по венерологам в будущем. И я очень надеялась, что он все же надел презерватив в тот раз.
Все еще улыбаясь, будучи шокированной услышанным, я подняла глаза на зеркало и увидела в отражении движение.
Дверь одной из кабинок медленно распахнулась, явив фигуру с длинными черными волосами. Я подавила вскрик. На мгновение я подумала, что оказалась в ужастике “Звонок”, но когда фигура подняла голову, то поняла, что это была всего лишь Таня.
Я начала медленно и глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Так и до сердечного приступа недалеко!
Ее лицо потемнело от злости, когда она поймала мой взгляд.
— Что?! — рявкнула она на меня, захлопывая дверь кабинки.
Я опустила глаза и продолжила как ни в чем не бывало мыть руки.
— Ничего.
Она прищелкнула языком и откинула волосы назад. Мне пришлось подавить желание отпрянуть от нее, когда она подошла к раковине, чтобы ополоснуть руки. От каждого сантиметра ее высокого стройного тела исходила темная аура ярости, пульсирующая по комнате, подобно ударной волне. И я совсем не удивилась бы, если бы это место прямо сейчас взорвалось.
Убийственная аура исчезла вместе с ней, когда она покинула дамскую комнаты.
