А что делать мне, если вас двое и ты не хочешь принимать Ксюшу?
— Ладно, успокойся, — сдалась Таня, будто бы даже почувствовав укол вины.
— Забавно думать о Даниле как о… бабнике, — вмешалась я, возвращая разговор в прежнее русло.
— Почему? — спросила Уля, крутя соломинку в своем лимонаде.
— Ну, потому что он не похож на него. Он чем-то похож на Лешу, такой же мрачный и пугающий, но более улыбчивый.
— И сексуальный, как сам Адонис, — добавила Уля с мечтательным вздохом.
— Уля, приди в себя, — возмутилась Таня, выражение лица которой стало поистине мрачным.
— Он же полный придурок. Нет, не просто придурок, он урод! Не могу поверить, что девочки вообще на него ведутся. Надеюсь, он подхватит себе все венерические заболевания в мире. Хочу, чтобы у него был полный венерический букет!
Ульяна хихикнула и по-дружески хлопнув подругу по плечу.
— Это слишком жестоко даже для тебя, Таня.
— Ого, — изумленно пробормотала я. — Кажется, ты его сильно ненавидишь.
— Такие, как он, не стоят времени умной девушки, — Таня самодовольно усмехнулась.
— Но если учесть, что ты влюбилась в Орлова, то какой вывод можно сделать?
Я оцепенела от неожиданной атаки.
— Таня, твою мать! — процедила Уля. — Так хорошо все было, надо же было тебе все испортить!
Это был не первый раз, когда она вела себя враждебно по отношению ко мне и говорила что-то язвительное. Стоило уже привыкнуть…
Я поджала губы, в попытке побороть подступающие к глазам слезы. Таня, в свою очередь, кажется, поняла, что зашла слишком далеко, и, похоже, сожалела о своей вспышке язвительности.
"
"— Извинись перед ней, Таня, — приказным тоном отозвалась Уля, сердито глядя на свою лучшую подругу. — Сейчас же!
Закатив глаза, Таня посмотрела на меня. Я уставилась на нее в ответ, ожидая извинений, которых, как я знала, не последует.
— Извини, — бесстрастно бросила она и отвернулась к окну.
Мои губы приоткрылись в замешательстве, прежде чем я поняла, что не ослышалась. Она всерьез извинилась? Не съязвила, не сагрессировала еще сильнее, а извинилась? Интересно — она сделала это под давлением Ульяны или из чувства вины? Потому что это было важно.
Некоторое время после этого мы молча наслаждались своими напитками и десертами. И, на удивление, остаток времени прошел хорошо. Мы с Таней слушали, как Уля рассказывала обо всем на свете, почти что не затыкаясь. А когда она вновь начала ругать меня за мой немодный внешний вид и едва не запланировала совместный поход по магазинам, Таня сказала ей не лезть не в свое дело.
